Солнце цвета меда

Море было каким-то бесцветным, и пригоршней высыпанных на воду стружек казались перегородившие гавань драккары. Тут собрались все викинги, оказавшиеся этой весной в Конунгахелле, опытные и молодые, прославленные и только мечтающие прославиться.

Они сражались на туманных холмах Бретланда и в лесах Гардарики, среди жарких песков страны серков и в каменных городах Миклагарда. Теперь им предстояло биться у себя дома, и не нападая, а защищая старейшее селение Северных Земель.

Тем, кто привык ходить в набеги, сегодня самим предстояло отражать набег.

Ивар поправил шлем и вгляделся в туманную даль, из которой вот-вот должны показаться высокобортные ладьи, чьи носы украшены козлиными черепами, а борта - рядами алых, похожих на кровавые слезы, щитов.

Стоило некоторого труда убедить морских конунгов, что нашествие вендов не привиделось кому-то спьяну, а случилось на самом деле, но когда это удалось, все, как один встали под водительство хозяина Конунгахеллы Адильса Старого.

- Идут! - донесся крик с мачты среднего в ряду драккара, куда забрался самый остроглазый воин из дружины Рагнара Кожаные Штаны. - Идут!

- Готовимся, - коротко приказал Ивар, вглядываясь в горизонт, где из пелены дождя один за другим выступали черные силуэты.

Мечи с шорохом покинули ножны.

- Хорошо, что дождь, - проворчал Арнвид, - из луков не особенно постреляешь.

Корабли вендов надвигались в молчании.

Слышно было, как плещут, погружаясь в стальное тело моря, длинные весла.

- Одину слава! - гаркнул, не выдержав, кто-то, и сотни глоток поддержали крикуна, заставив сбиться с ритма вендских гребцов: - Одину слава!

Облачная пелена лопнула внезапно, словно ветхая холстина, и Ивару даже показалось, что он слышал треск рвущейся ткани. Луч солнца, похожий на копье, прорезал струи дождя, и упал на воду, заставив ее заблестеть прошитой золотом синевой.

- Отец Ратей с нами! – с улыбкой выкрикнул Арнвид.

Сквозь небо, разрывая его, подобно молнии, пронесся всадник на сияющем восьминогом жеребце. Первая из ладей вендов с грохотом ударила в борт выдвинувшегося из строя драккара. Свистнули стрелы, колосья смерти, торопясь собрать жатву из тех, кто привык сам считать себя жнецом.

Рухнули из облаков, истошно визжа, валькирии на роняющих пену конях.

И грянула битва.