Солнце цвета меда

- Ты же совершаешь глупость! Ради одного человека готов пожертвовать собой и всей дружиной!

- Конунг должен иногда совершать глупости, - Ивар выглядел спокойно, словно не на него напирал рассерженный русич. - Главное, чтобы он сам потом за них отвечал.

- Разрази меня Перун! - Лычко почти кричал, дружинники оглядывались на него с недоумением. - И зачем я связался с этими сумасшедшими варягами!?

Он неожиданно махнул рукой и залихватски улыбнулся.

- А ладно! двум смертям не бывать, а одной не миновать! Придется пойти с вами, а то пропадете, ведь тут не море.

Эй, - русич повернулся к своим воинам, - разбивайте лагерь.

- Если мы не вернемся через десять дней, - Ивар глядел прямо в глаза Эйрику, которого вновь оставлял вместо себя, - идите вдоль реки на север. Доберетесь до Хольмгарда, там выбирайте нового конунга.

- Почему не берешь нас с собой? - обидчиво выкрикнул кто-то из молодых викингов.

- Силой Ингьяльда не освободить, - вступил в разговор Лычко. - Кривичей все одно будет больше, даже если мы пойдем все.

А маленькому отряду легче спрятаться. Волчья шкура не поможет, примерим лисью.

Сам русич отобрал всего двоих дружинников - Зоряна, и еще одного, низкорослого и молчаливого, чьего имени Ивар еще не успел узнать. Конунг взял Дага, который в любой чаще, что птица в небе, Нерейда и Сигфреда.

- Не сомневайся, конунг, все исполню, - ответил Эйрик медленно.

- Надеюсь, - буркнул Ивар и повернулся к Дагу, который едва не приплясывал от нетерпения. - Пошли.

- Идти тише, - предупредил Зорян, - кривич в лесу за версту слышит.

Если будете топать, словно лоси в гон, дойдем только до первой засады.

Сам скользил меж стволов бесшумно, точно лосось в воде. Не отставал от него и Даг. Прочим викингам приходилось хуже, под ногами предательски трещали сухие ветви, кусты норовили зацепиться за одежду, ткнуть в лицо раскоряченными лапами.

Лес тянулся темный, дремучий. Стволы елей высились в полумраке серыми колоннами, хвоя лежала настоящими сугробами. Под кронами стояла духота, на потную кожу липли иголки, паутина, еще какая-то гадость.

Запах прелого дерева вызывал отвращение.

- Тихо! - шикнул Даг.

Ивар замер, ощущая, как грохочет в груди сердце, готовое выдать хозяина.

Впереди, среди стволов, возилось что-то тяжелое, огромное. Слышалось сопение, удары, точно громадным веслом хлопали по земле. Затем затрещали деревья, гигантская туша двинулась в сторону, прошла в нескольких шагах. Затаившихся воинов обдало мерзкой вонью.