Дверинда

- Неужели ты сама не в

состоянии спеть песню?

- Я за нее, - отрубил боцман. - Она споет в другой раз. У нее голоса нет.

Сегодня, то есть. А вообще -- навалом.

Он взял два аккорда и, пока фея не опомнилась, запел. Причем хриплый и

совершенно не поставленный голос немедленно вызвал требуемые улыбки.

- Мой фрегат давно уже на рейде борется с прибрежною волною, - с

чувством пел боцман. - Эй, налейте, сволочи, налейте!

Феи шарахнулись от певца, а он, довольный произведенным эффектом, закончил

куплет:

-Или вы поссоритесь со мною!

Это была замечательная песня, которую наверняка горланил в часы безделья

десант, стуча кулаками по столу.

в кают-компании десанта, тем более, что были в ней и два лирических

куплета. Наконец дошло и до них.

- Эй, хозяйка! Что же ты хозяйка! - пел боцман уставившись на Дверинду.

- Выпей с нами, мы сегодня платим! Отчего же вечером, хозяйка, на тебе

особенное платье? Не гляди так долго и тревожно, не буди в душе моей

усталость.

Фея резко встала и взмахнула рукой, приказывая оборвать песню.

- До рассвета даже не останусь! - И, завершив куплет, боцман шваркнул

гитару об пол.

Их глаза встретились. Фея первой опустила взгляд. Возможно, потому, что

смотреть ей мешали слезы.

- Хорошо, - сказала она, справившись с волнением. - Твой слуга

действительно спел такую песню... Третье задание выполнено... Но!!!

Она вытерла длинным рукавом слезы и выпрямилась, и вскинула гордую голову,

увенчанную колпачком и облаком вуалей, и топнула ножкой.

- Слушай меня, дама. Ты ровно ничего не сделала, чтобы вернуть себе сына!

Все сделал этот вот твой слуга! Я знаю, ты только путешествовала вместе с

ним и мешала ему, как могла. И поэтому слушай мое решение! Мальчика

получит он! А ты останешься здесь, и будешь служить мне семь лет. И ты

научишься шить! И ты научишься петь! И будешь ухаживать за белым конем

короля Клаодига! Это будет справедливо. А через семь лет я посмотрю на

тебя и решу - возвращать тебя к сыну или оставить здесь еще на семь лет.

Все! Я сказала!

Гости молча зааплодировали.

- Дудки! - рявкнул боцман Гангрена. - Мало ли, что я все сделал! Так и

должно быть!

- Как это должно быть?! - упершись кулачками в бока, повернулась к нему

фея.

- А так! Чтобы женщина делала глупости, а мужчина их исправлял! Нешто это

женское дело - за лошадьми ездить? Я обещал командиру, что вызволю ее

пацаненка - и я это сделал.