Рыцарь пентаклей

Предложение настолько его обрадовало, что даже «парнишка» не зацепил.

- Нет-нет, это исключено, - нахмурился юноша. – Они у меня дома, а я не могу вас туда пустить! Это против правил!

- Что значит, против правил?! – от противно дребезжащего старческого голоса едва не полопались стёкла. – Я – Инспектор, Представитель Министерства Налогов И Податей! – в этот раз больших букв было гораздо больше, и произносились они куда более крупным кеглем.

- И что с того?! – воскликнул Орди, стараясь казаться раздражённым и напуганным.

Он начал нервно постукивать пальцами по столешнице и быстро переводил взгляд с одного предмета на другой, чтобы тот казался бегающим. – Приходите с официальным письмом! И только тогда!..

- Не тогда! – старикашка вскочил и навис над Орди. – Я требую!.. Требую показать мне все документы! Вы что, не понимаете, в чём суть подобных проверок? Мы должны будем всё максимально изучить!

- Хорошо, - процедил юноша и поднялся. – Но как остальные? Их что, тоже ко мне домой вести?

- Да! – отрезал старик и направился к дверям.

Уже у выхода он небрежно бросил, даже не утруждая себя поворотом шеи. – Книгу захвати! И записи мои! Надеюсь, хотя бы дома у тебя есть кофе.

Вскоре кавалькада чёрных карет, возглавляемая экипажем Орди, въехала во внутренний двор замка. Проверяющие выходили, осматривались – и мгновенно тушевались под взглядами охранников, решивших устроить прямо во дворе соревнование по дартсу и несколько увлёкшихся. В деревянном щите, помимо небольших дротиков, торчала дюжина разнокалиберных ножей, пара топоров и огромная алебарда.

Над двором разносился размеренный скрежет: это скалоподобный Йоганн, облачённый в шкуры несчастных животных и рогатый шлем, точил свой чудовищный меч. Проверяющие, как заворожённые, смотрели за тем, как огромное лезвие неторопливо двигалось туда-сюда по точильному камню.

- Прошу вас, господа, - плотоядно усмехнулся Орди, и инспектора, сбившись в кучу, как стадо буйволов, окружённое львами, пошли по аллее к парадному входу.

Их встретил дверной молоток в виде оскаленной зубастой пасти и скрипучая дверь, за которой начиналась непроглядная темнота. Верней, почти непроглядная: достаточно темно, чтобы начать бояться, но недостаточно для того, чтобы скрыть Виго, который выпустил клыки и поглощал свой любимый завтрак – огромный стейк очень слабой прожарки. Настолько слабой, что прожарка существовала только в лживых словах вампира, не желавшего пугать окружающих.