Дневник кота. Записки из шкафа.

Он смешно ругался, если я трогал его лапой за задницу. Наверное, думал, что это харрасмент. А я всего лишь заботился о его здоровье. Должен же был этот увалень хоть немного подвигаться! Правда, однажды он исчез. Ну и ладно, все равно он был скучным. Арчи в этом плане прикольнее, шевелится он сам и в любое время суток!

Глава 6. Халапеньо мести

27.12.20

Сидел сегодня на кухне и смотрел, как Наташа запекает редиску. Нет, я не ошибся и мне не показалось. Редиску. Запекает. В духовке. С топленым маслом гхи и греческими травами, аха-ха-ха-ха-ха! У неё много рецептов, которые она называет пп и зож.

Вот с редиской один из них. Ладно, хоть никого больше не заставляет есть эти гхм, деликатесы. У мужиков на обед свиные рулеты, мне даже перепало немного сырого мяска.

Кстати, сегодня печальная памятная дата — два года назад моё меню радикально изменилось. Теперь в нем только рис, гречка, постная свинина и говядина. Иногда перепадает макарон. Но это только от Андрюхи, он не такой зануда, как его женушка.

Прикалывается, что я морской котик, раз люблю макароны по-флотски.

А почему я так питаюсь? Потому что у меня, видите ли, на корм аллергия. У меня на твой зож ппшный непереносимость, Наташ. Тьфу, как вспомню первые полгода, так плакать хочется. Началось внезапно, после очередного визита к ветеринару. Не зря я не люблю посещать подобных специалистов — то иголками тычут, то градусниками во все места. То еду нормальную отбирают. Пришли в подвал (а на вывеске написано: «Ветклиника»!!!).

Мне всё, что расчесал намазали какой-то гадостью и выписали кучу бумажек. И понеслось.

Сначала надеялся, что у хозяев провалы в памяти. Месяц, целый месяц, Карл! я водил их по очереди к шкафу, где лежала нормальная еда. Насколько серьезна ситуация, я осознал, когда Наташа положила остатки корма в сумку и унесла на работу. Не знаю, кого она угощала моей едой, чтоб им остаток жизни провести на гречке с кефиром, но именно тогда стало ясно, что любимые подушечки я не увижу никогда.

ЭТО стало переломным моментом в сознании и в практике мести.

До ЭТОГО я устраивал лужи ПОД обувью. Но расставание с любимой едой что-то надломило в моей душе. Я слишком долго копил жгучую, как перец халапеньо, обиду. Хватило на Наташкин рюкзак, Андрюхину спортивную сумку и на кроссовки, обоим.

Правда, запах хозяйка вывела быстро. Не зря в академии 4 года изучала химию — неорганическую, органическую и, кажется, аналитическую. В смысле, аналитическую, кажется, изучала.