Всё хорошо, что хорошо кончается

Я и сам виноват: сперва выдумал из тебя какого-то безупречного друга, не позаботившись узнать получше, а потом тебя же и обвинил в том, что ты не таков. Никто не лишён недостатков — людям присущи безрассудство и лживость, они принимают поспешные решения, порой отвергают голос разума, прислушиваясь к желаниям сердца, но иногда я думаю: а что, если благодаря этому наш мир и держится? Мой опыт невелик, но я уже знаю немало историй, когда благоразумие могло бы завести в тупик.

Он теребит свой рукав, смущённо потупившись, и сбивается.

— Ладно, что-то я... Сильвер, я буду рад, если мы окончательно оставим все мелкие недоразумения позади и ты позволишь считать тебя другом.

— Как трогательно, — шепчет Тилли.

— Само собой, мы друзья, — стараюсь я произнести важным толстым голосом, чтобы не было заметно, что я тоже расчувствовался. — Даже обнял бы тебя, но сам видишь, у меня тут Дамиан...

— Да, лучше не нужно, — охотно соглашается Андраник, рука которого невольно тянется к волосам, чтобы заправить пряди за уши.

— Я потеряла надежду... О, я потеряла надежду! — раздаётся под окнами, затем голос переходит в невнятное бормотание. — Сестра, я не в силах поведать правду! Я так виновата перед вами...

Мы, забывшие ненадолго о призраке, вздрагиваем и испуганно переглядываемся.

— Д-давайте теперь я что-то расскажу, — предлагает Андраник. — В-вот у меня скоро день рождения, а может, и уже прошёл, а то я перестал считать дни.

— Будет через два дня на третий, — говорит ему Тилли.

— Ого! — удивляется Андраник, округляя глаза.

Мы молчим, и бедолага расценивает это по-своему.

— Ох, н-наверное, вам это вовсе и не интересно, — мямлит он. — Вовсе не захватывающее событие.

— Да нет, у меня просто пропал дар речи! — сердито раздувая ноздри, заявляет Тилли. — Отвратительно, что за мерзость! Разве можно так поступать с собственным сыном!

— И-их! — поддерживает её Дамиан, потрясая кулачком.

— Нет, но даже не сказать, о которой из них идёт речь! — пышет гневом Тилли. — Хотя знаю я их, все они одинаковы. Пустоголовые куклы, у которых в голове лишь сплетни да наряды. Выполняла я как-то заказ для шести старших, так они даже своего имени без ошибок написать не могли. Представляешь, Андраник? Хочешь ты себе такую жену?

— Да я не то чтобы вообще, — невнятно отвечает он.