Цвет мантии

Дети вжали головы в плечи, провожая его испуганными взглядами, но над ними тут же зазвучал тихий успокаивающий голос их хозяйки:

- Не бойтесь, это староста наш. Он вас не обидит. Просто беда его к земле гнёт. А чародеев и прочих там чудодеев он не очень жалует. И сын его тоже…

- Почему? – пискнула Марька, просебя, наверное, уже прикидывавшая, чем за ночь можно было бы излечить ногу юноши. Но женщина только вздохнула в ответ:

- Давняя история…

Вилька поёжилась, сжимая в руке ладошку сразу же притихшей подружки, и решила: «Значит, всё-таки попробую сама…»

Чуть позже она отпросилась у приютившей их хозяйки добежать до края леса.

- Зачем тебе? – удивилась та.

- Ой, а я, кажется, мамин оберег потеряла. Наверное, когда на опушку вышли, косынкой сдёрнула, - и девочка показала женщине пустую дырочку в мочке ушка.

Дойдя до окраины леса, Вилька остановилась, глубоко выдохнула, закрыла глаза и, поклонившись до земли, несколько раз негромко позвала:

- Дедушка Лесовой!

Одетые в осенние уборы деревья замерли перед ней стройным войском, едва шевеля яркой листвой.

Птицы продолжали хлопотать и перекликаться друг с другом, пока ночная мгла ещё не укрыла землю сонной тишиной. Но ни сам лесной хозяин, ни его смешливые подружки берегини так и не показались, не откликнулись на зов. На сердце стало неспокойно.

Побродив по опушке, пока солнце не скрылось за вершинами деревьев, выпуская на волю первые прозрачные сумерки, Вилея заглянула в их глубину и, предчувствуя недоброе, спросила:

- Юм, ты здесь?

И снова тишина.

Тонкий мир закрылся от неё, забрав с собой некогда подаренное. Видимо, навсегда.

Чуть не плача от горечи утраты, девочка закрыла лицо руками и опустилась на колени. И вдруг за спиной ей послышалась негромкая возня. Как будто кто-то неосторожно схватился за слабую ветку и чуть было не скатился по склону неглубокого овражка, в нескольких шагах позади неё разделявшего лесные владения и луговину.

От возмущения Вилька даже на минутку позабыла о своей беде.

- Ах, ты ж!.

. А ну, выходи! – воскликнула она, резко вскакивая на ноги.

Спустя мгновенье над краем овражка показалась темноволосая головка. А следом ещё одна, белокурая.

- Так вы оба здесь?! – Вильке хотелось реветь от обиды. – Что вы тут делаете? Я же вам велела сидеть в деревне! – Маленькие ослушники выбрались на ровное место и теперь стояли перед ней, повесив носы. – Кто вас отпустил? Вы что – сбежали?

- Ну… Не совсем, - покачала головой Марька. – Нас никто не держал.