Дорога из трупов

Пять голов склонились друг к другу и принялись ожесточенно шептаться. Лежавший на полу Умер попытался затянуть нечто среднее между маршем и полькой, но быстро сдался.

В его сторону никто даже не посмотрел.

Мэр, тяжело кряхтя, залез внутрь кареты и уселся на обтянутое кожей сиденье.

Винтус Болт, Глагол Пис и Дубус Хром-Блестецкий расположились напротив. Дверца захлопнулась, свет в окошке померк, заслоненный могучим телом влезшего на подножку стражника, и карета сдвинулась с места.

Прогрохотали под колесами камни университетского двора, послышалось мягкое почавкивание уличных луж.

- Э… довольны ли вы, господин мэр? – рискнул нарушить молчание советник.

- Еще не знаю, - ответил Мосик Лужа, внимательно глядя на магов-управленцев. – Вы что скажете?

- Позвольте, - Винтус Болт сделал умное лицо.

- Минуточку… - добавил Хром-Блестецкий, и дальше последовало множество связанных предлогами умных слов.

Мэр слушал молча.

- Ага, - сказал он, когда маги выдохлись. – Насколько я понимаю, посланцы во главе с послом скоро вернутся, и тогда все проблемы будут решены?

- Совершенно верно, - кивнул Винтус Болт, хорошо понимавший, что только такого ответа от него и ждут.

На самом деле, он ошибался.

Настоящие проблемы еще даже не возникли.

Часть 2.

Переэль с достоинством кивнул покупательнице, а когда та удалилась, мысленно вытер со лба пот. Не каждый день удается сбыть лежалый крыжовник под видом карликовых арбузов.

- Куда лезешь, шляпа?! – рявкнул от соседнего прилавка Драный Фартук, в руках его появился топор.

Воришка, собравшийся прихватить один из горшков, ринулся прочь и скрылся в толпе.

- Хорошо ты его шугнул, - сказал Переэль.

- Толку-то? - проворчал гном, убирая топор. – Такое впечатление, что в Ква-Ква перестали варить еду. За день я не продал ни одного горшка. Ты представляешь? Впервые за много лет. Это кошмар!

- Представляю, - эльф мрачно кивнул. – Назгулы пробуд… хотя нет, они, скорее всего, тут не при чем.

Сказать, что торговля на площади Изопилия шла вяло – значило ей серьезно польстить.

На самом деле она стояла, и даже не стояла, а лежала при смерти. Вместо привычного гомона и буйства жизни на рынке царило всего лишь вялое оживление, покупатели были так редки, что за ними буквально гонялись.

Зато попрошаек и воров развелось, точно блох на собаке.

- Ага, - гном вытащил из-под прилавка окованную железными полосами фляжку. – Так мы скоро по миру пойдем. Будешь?

- Нет.