Царевич Горохов - Наследник Поневоле

— Вот паршивцы, прямо слово! Неймется им, угомону нет на эту шатию-братию! Уж казалось бы, скольки уже раз им говорено, так ведь нет! Не верят, архаровцы, и все тут, язви их в карусель! Видите ли, думают, скрывают что-то от них. От них скроешь, как же...

И он с ворчанием направился к двери и принялся оттирать надпись прямо рукавом своего служебного халата. Но алые буквы никак не оттирались, а, кажется, напротив — стали гореть еще ярче на сером дверном фоне. Они словно насмехались над стариком, лукаво и презрительно дразня его.

— Ладно, недосуг сейчас, — хмыкнул заведующий. — Завтра попробую ужо растворителем — будут знать, охальники...

— А почему вы хотите это стереть? — удивился Андрюша.

— Да потому что неправильная эта надпись, хоть и завлекательные в ней все словеса, — сурово ответствовал Боянович.

— Так ведь написано же — «добро пожаловать!»? — искренне недоумевал Андрюша.

Боян Боянович крякнул и посмотрел на него с откровенным сочувствием.

— Уж коли на двери прописано: «добро пожаловать!», знай, что чаще всего это значит вовсе наоборот: «вход воспрещен!».

Это уж точно, вот тебе и весь сказ. Уразумел, отрок?

— Ага, — нехотя кивнул Андрюша, не сводя зачарованного взгляда с алой надписи. — Только странно как-то у вас тут, чудно получается. Все наоборот.

— А это как посмотреть, как глянуть да развернуть, — как-то странно ответил Боян Боянович и легонько подтолкнул в спину Горохова обратно к лестнице.

Уже поднимаясь наверх, обратно в книгохранилище, Андрюша не вытерпел и снова обернулся.

Удивительное дело: хотя комната и была заперта, но он словно увидел сквозь стену таинственную железную дверь. Словно в тумане, она темнела в углу архива, и приветливые слова «Добро пожаловать!» блестели на ней яркой краской. Словно их написали только что, и краска даже еще не успела как следует высохнуть.

Главы 3-4

Глава третья. Запретная комната открывается

Три дня подряд Андрюша готовил свой доклад в избе-читальне. Пять книг и брошюр, взятых у Бояна Бояновича, он к собственному изумлению «проглотил» в тот же вечер.

Даже не успел толком к урокам подготовиться. Но, видимо, у заведующего была легкая рука — никто Горохова на следующий день к доске не вызывал и домашних заданий не спрашивал. Учителя будто вообще забыли напрочь о его присутствии в классе. А Андрюша торопливо листал под столом последнюю книгу, продираясьсквозь ученую премудрость еще дореволюционных историков старой закалки.