Царевич Горохов - Наследник Поневоле

После чего наступила просветленная тишина открытия.

Иван вышел к друзьям, сжимая меж ладоней тамагочи. Пристально глянул на игрушку, затем надул щеки и... дунул, покрепче сжав Кабыздоха, точнехонько с двух полюсов.

Наверное, все-таки Иван был немножко волшебником; во всяком случае, с ветряной стихией он пребывал на короткой ноге. Спустя минуту на Кабыздохе вдруг мигнула красная лампочка светодиода, и внутри его пластмассового тела требовательно запищал будильник.

— Готово! — выдохнул Горохов, не веря случившемуся.

— И уже есть просит, надо же?! Ну, Иванище — ты прямо настоящая ветряная мельница с целой электростанцией!!

— Еще бы! — гордо выпятил грудь Иван. Но в следующее мгновение новоиспеченный энергетик недоверчиво и подозрительно покосился на Горохова.

— А что это такое — лектро...стан...цы..я?

Глава 9

Глава девятая. Замок Баюна, или Главный закон лукоморского шоу-бизнеса

Демонстрация передовых возможностей отсталого чуда японской техники прошлых лет возымела свой эффект немедленно.

Едва только возрожденный Кабыздох гнусаво пропиликал пару сигнальных мелодий, довольно незатейливых даже с позиций японской эстрадной попсы, как яга тут же была покорена. Она суетливо просунула под занавеску костлявую руку и призывно замахала огромным носовым платком с вышитыми на нем несерьезными петушками.

Впрочем, любой человек, хоть раз увидевший яговский нос воочию, тотчас бы пришел к резонномувыводу, что для такого крючковатого шнобеля никакой платок не велик, только если он не размером с целую простыню! Пожалуй, с ним мог потягаться лишь клювастый носяра Вороновича, да и то когда его обладатель принимал пернатое обличье.

Обмен по бартеру, или как говорят в простонародье Андрюшиной школы, «баш на баш», прошел с ягой на удивление легко и просто. По сигналу Сидора Иван честно забросил Кабыздоха в окошко куриной избы. А оттуда минутой позже вылетел клубочек пряжи.

Шлепнувшись наземь, клубочек на несколько секунд застыл, словно собираясь со своими шерстяными мыслями.

А затем его, видимо, осенило. Он подпрыгнул на месте и проворно покатил в чащу, туда, где сотоварищи еще совсем недавно безуспешно пытались пробить брешь в несокрушимой стене цепких кустов и стойких деревьев. И вот чудо: и деревья, и кусты тут же расступились, пропуская старухин клубок и покачивая ветвями в нерешительности.

— Э, ребята, тут мешкать не след! — живо смекнул Сидор. — Не ровен час, лес опять дорогу скроет.