Сильнейший из магов

Будто и не было никаких тревог и волнений. Будто жизнь всегда была тихой, размеренной и беззаботной.

В комнате уже царит полумрак. Видны лишь очертания предметов, и разноцветные лучи уже не раскрашивают комнату. Он проспал самое красивое время. Обидно.

Вставать не хочется, и поэтому Каин бездумно пырится в потолок. В пустой голове ни одной мысли, а порхающие обрывки дня появляются и исчезают, не задерживаясь ни на секунду. Много всего успело произойти. И падение с последующим пробуждением под деревом, и встреча с каинитами, бешеная толпа, перепалка со стражниками.

Серьезная перепалка. Еще и старик этот, епископ. Гадрел говорил что-то про служителей Света. Как это вообще понимать? Ничего, скоро кто-нибудь придет, и можно будет спросить.

Через какое-то время в дверь тихонько стучат, прерывая ленивые размышления.

— Могу я войти, Великий Каин? — слышится приглушенный голос. Знакомый. Похоже, это тот Терри, которого Гадрел приставил в качестве няньки.

— Да…— сипит собственный детский голосок после сна.

Приходится прокашляться, чтобы Терри за дверью смог услышать. — Кхм-кхм, входи!

Дверь открывается со скрипом, в проеме показывается невысокий тонкий силуэт. Лицо не рассмотреть в таких потемках. Он мнется на пороге и через несколько секунд спрашивает.

— П-позволите зажечь свечи? — Голос его дрожит, заикается на первом слове, будто Терри совсем не уверен, что может такое спрашивать.

Каин садится на кровати и кивает, и сразу же осознает, что парнишка вряд ли видит этот жест.

— Да, конечно. Свечи были бы очень кстати.

Терри осторожно проходит вглубь комнаты и останавливается рядом со шкафом. Секунд десять ничего не происходит, а потом в его руках зажигается крохотный огонек. Никаких спичек или зажигалок. А как?.. Магия?

Слабое пламя освещает комод, и свеча на небольшой подставке встает на свое законное место. Терри подходит ближе к кровати и останавливается рядом со столиком. Он держит в руке еще одну свечу, прикрывая ладонью фитиль, как будто пытается спрятать от ветра пламя, которого нет.

Он жмурится и напрягается всем телом, что-то шепчет губами, словно молится.

— Что ты делаешь? — спрашивает Каин, пристально за ним наблюдая.

Терри вздрагивает и распахивает глаза. Он резко кланяется и чуть не роняет свечу.

— Прошу простить, Великий Каин, — тараторит он, как нашкодивший мальчишка. — Я не достоин такой чести, нет прощения моей дерзости, я не должен был…

— Стоп! — прерывает его Каин.