Наставник для музы

Но после третьего или четвертого круга ему вдруг сделалось невыносимо скучно.

- Пойду я от вас, - объявил он. – На разведку, так сказать. Чтобы время даром не пропадало.

И путешественник без малейших колебаний нырнул в темноту «вентиляции».

Черные камни мертвы. Если вам когда-нибудь доведется набрести на них в сердце голубой горы, так и знайте: в недалеком будущем эту гору одолеет «аспидная немочь», именуемая также «следом лиходейства». Остер Кинн столкнулся с подобным явлением впервые и был не очень-то обрадован.

Едва он вошел в отдушину, как взору его предстала чудовищная картина: золотисто-лазурная порода адуляра была во многих местах поражена уродливыми темными пятнами. Их контуры были нечеткими, но это означало только, что болезнь прогрессирует. О том, что это болезнь, Остер Кинн догадался сразу. У него чутьё на такие вещи.

- Да-а, - потрогав пятно, раздумчиво протянул он. От прикосновения пол под пятном припорошило сажей. – Я не я, если это не слежавшийся вулканический пепел!

Смахнув с пальцев пыль, он медленно двинулся вглубь коридора.

По вспыхивающим стенам тянулись застывшие цепочки клякс, и чем дальше он шел, тем больше их становилось, пока все они не слились в один сплошной сгусток. Остаток пути ему пришлось идти вслепую, потому что освещение пропало вместе с мигающими полосками в голубых стенах. Графитовые стены и запах гари.

- Не годится лунному камню хворать. Н-нехорошо, - приговаривал Остер Кинн, а у самого душа трепыхалась в пятках. По дороге он растерял всю свою храбрость.

– Пахнет горелым пирогом. А я бы сейчас от пирога не отказался. Эх! И даже от горелого…

Он удержался, чтобы не взвизгнуть, когда об его штанину потерлось что-то теплое и мягкое. Инстинкт самосохранения сработал безотказно, и он рванул с места, что было мочи. Ноги сами понесли его в обратном направлении – назад, к свету.

Таймири подивилась собственной выдержке: только что от нее улепетнул призрак, а она ничуточки не испугалась!

- Кисонька, Неара, ты где? – позвала она в темноту. Эта кошка забрела к ним в пещеру по чистой случайности, и если бы не Зюм, который спугнул ее своим лаем, не плутала бы сейчас Таймири по коридорам.

Сэй-Тэнь и Минорис сразу отнеслись к кошке с подозрением. Мол, откуда такая выскочила? Забыли, что Зюм к ним тоже не из зоомагазина попал.

В общем, заявив, что черное ничуть белого не хуже, Таймири устремилась за кошкой вдогонку. Даже имя ей придумать успела – Неара, что с языка страны Лунного камня переводится как «черная».