Пелагея и прочие недоразумения

Она хохотала, держась рукой за живот, и пускала мыльные пузыри. Кошка смотрела на них словно завороженная.

- Эй! Ты мне всю рыбу распугаешь! – крикнула Юлиана.

- Ничего подобного! – со смехом возразила Пелагея. – Морские обитатели народ любопытный. Если смеяться и пускать блестящие пузыри, рыба поднимается на поверхность. И тогда я ловлю ее сачком.

В подтверждение своих слов Пелагея схватила сачок и окунула его в воду. В сачок сразу же угодила большая рыбина с серебристой чешуей.

Юлиана отвернулась в полном недоумении.

Вот, теперь эта чудачка Пелагея будет объедаться рыбой, а они с Кексом и Пирогом – только смотреть да облизываться. Но не успела Юлиана додумать свою грустную мысль, как услыхала нечто еще более нелепое, чем смех.

- Спасибо, рыбка! – сказала Пелагея и отпустила добычу в море.

- Что ты делаешь?! – воскликнула Юлиана. – Из нее получилась бы отличная уха!

- Ничего не имею против ухи, - ответила Пелагея. – Но, по сравнению с рыбьими гостинцами, уха не такая уж и вкусная.

Она показала Юлиане маленький полотняный мешочек с затейливой вышивкой и бросила ей в руки.

- Возьми, подкрепись. И пёсики пусть попробуют. А я еще порыбачу.

Пирог откусил кусочек рыбьего гостинца – и у него потекли слюнки.

- Почему только наша хозяйка ничего не смыслит в рыбе? – сказал Кекс, почесывая лапой за ухом. – Если приманка – червяки, то и рыба будет мелкая да голодная. А у Пелагеи рыбка – любопытная. Улавливаешь?

- Улавливаю, - ответил Пирог. – А наша удочка не улавливает. Бесполезная штуковина.

Юлиана зыркнула на псов исподлобья, пнула удочку и отправилась на другой конец лодки.

А любопытного морского народа тем временем всё прибывало. Разве устоишь перед искушением поглазеть на мыльные пузыри из сачка? Это ведь гораздо увлекательней, чем любоваться ими из морских глубин. А чтобы откупиться, когда поймают, каждая рыба несла с собой гостинец.

Юлиана сунула в рот остатки гостинца и зажмурилась. Вкуснятина! Нет. Вкуснотища! Права была Пелагея. Морским дарам уха и в подметки не годится.

«Спасибо, рыбка! Спасибо, рыбка! Спасибо, рыбка!» - до самого вечера доносилось с плота. Пирог и Кекс осоловело наблюдали за тем, как Пелагея работает сачком и каждый раз с новой интонацией благодарит очередную рыбку.

К вечеру гостинцев на плоту набралось столько, что хватило бы прокормить целую ораву Кексов, Пирогов и Мягколап. Правда, Мягколапа предпочитала сырую рыбу. Она вылавливала еду острыми когтями и лакомилась, не сходя с места.