Кожа и чешуя. С чего начинается деликатес

Ждать и догонять

— Так как там? Получилось? — засуетился юрист обеими головами при виде приближающейся Бабы.

— Получилось. Издох, родимый, напрочь издох. Лежит, не шело́хнется, — печально ответила Баба, которая уж сомневалась, что Сейла оживить можно.

— Вот и чудесно! Теперь дело за ма́лым. Они его утащат на свалку и там, если сочтут больным, просто бросят. Если сочтут здоровым, то сначала вскроют, поковыряются в нём, а потом бросят. Нам второй вариант не подходит, — тараторил адвокат.

— Совсем не подходит! — подтвердила Баба.

— Куда потащат — непонятно. Так вот, я полечу на левую от города свалку сейчас. Мой помощник уже дежурит на правой свалке. Ты иди в город и жди, когда его потащат, и следуй за ними. Договариваться будем на месте. Не угадать, кому поручат его кромсать, только по ходу дела разберёмся. Вот тебе кошель, — юрист протянул Бабе кожаный мешочек, который она чуть не уронила от тяжести, — пусть у тебя тоже будет. Людям рыжуха нужна, договоримся!

— А что если они его кромсать прямо в клетке начнут?

— Может, и так.

Люди — существа плохо предсказуемые. Для этого ты и идёшь в город с монетами, и, если увидишь, не по плану что пошло, тогда уж сама крутись, договаривайся, — одобрила вариант рыжая половина Дракона.

— Кто «договаривайся»? Я «договаривайся»? Если бы я умела договариваться, то ловцом бы не стала! Жила бы в персональном дворце, икру хлебом не портила, об оживлении драконов и думать не думала! — возмутилась Баба.

— Ты что ж, за всю жизнь ни одной взятки не дала? Баба! Не может быть! Как ты выживаешь-то в людском мире? — удивился адвокат надменно.

— Придётся тебя и этому учить!

Прокурор молча закивал в подтверждение сказанного.

— Уж научи, будь добр, — съязвила Баба, которой снова страсть как хотелось ткнуть юриста острой пикой хотя бы разок за его зазнайство.

— А всё просто. Спрашиваешь, кто у них главный, говоришь, что правильные звери хотят анатомической службе поддержку оказать и готовы передать тысячу монет на её развитие и справедливое вознаграждение работников с одним лишь условием: не надо этого дракона вскрывать.

Он — экземпляр, нужный для драконьей науки целым, без разрезов и распилов. Бла, бла, бла… Главный анатом, понятное дело, согласится.

— Кому это дело понятное? Мне вот совсем непонятное. Для чего анатому этому соглашаться-то?

— Оуч… Как всё запущено! — огрызнулся адвокат. — Анатом, это, по-твоему, что?

— Профессия это, по-моему, — ответила Баба.

— Не. Анатом, Баба, — это не профессия.