Царевич Горохов и Принц Лягух

А луна тем временем достигла такого неимоверного холодного накала, что даже побелели и осветились верхушки деревьев.

— Никогда такого не видал в нашем дворе! — честно признался он.

— То ли еще будет, — пообещал Вороныч. И он, безусловно, был прав.

— А как мы все-таки попали сюда? — нарушил, наконец, молчание Горохов. — Я что-то пока не заметил никаких следов волшебства.

Уже добрых четверть часа они шагали по ночному лесу, обходя бурелом и уворачиваясь от предательских веток, так и норовивших выколоть во тьме глаза или на худой конец ухватить за штанину.

— Ты имеешь в виду какую-нибудь вспышку или, например, искры? — осведомился Вороныч.

— Н-нет... с искрами тут как раз все в порядке... — сдавленно промямлил Горохов, только что сослепу налетев прямо на широченный сосновый ствол. Шишка на лбу будет, это уж точно, сказал он себе, потирая ушибленное место. Помимо искр, отчетливо увиденных им в ночной мгле, из глаз Андрюши выкатилось по огромной слезе, и они немедленно повисли на кончике носа. Он утерся рукавом и далеко выставил перед собой руку, надеясь хоть так в будущем предупредить об опасности свой организм, пока не привыкший ориентироваться и передвигаться в темноте без потерь.

— Пламя и вспышки — суть дешевые проявления магии только у начинающих волшебников, — уверенно заявил Вороныч, ловко и быстро лавируя меж деревьев.

Андрюша старался не упускать из виду его темнеющую впереди спину и держаться следом — как говорят на флоте, идти в кильватере.

— Настоящему чародею все эти сомнительные эффекты без надобности.

Андрюша только молча ухмыльнулся, потирая ушибленный лоб. Немного странно было слышать о законе сохранения энергии посреди дремучего, и к тому же очень сказочного леса. Да еще вдобавок от существа, способного принимать птичий облик. И еще он понял: внятного объяснения действия вороньего волшебства, особенно о переходе между измерениями, от Вороныча не дождешься.

Но были и другие темы, которые весьма занимали воображение и любопытство нашего героя.

— А как ты умудряешься уменьшать массу тела? Когда превращаешься в маленькую ворону?

— Сам ты ворона! — презрительно фыркнул вороний волшебник, даже не обернувшись. Теперь он уверенно держал путь, как казалось Андрюше, в самую чащу леса. Что же у него на уме, интересно?

— Ворона — птица серая и глупая. Хитрая, только, — пояснил Вороныч.