Царевич Горохов и Принц Лягух

Ну, почему именно сейчас должно так не повезти! И он принялся дальше вертеть книгу, норовя чуть ли не зубами оторвать обложку. Но все без толку: обложка сидела как влитая, иронически посверкивая буквами заглавия, точно посмеиваясь над незадачливым взломщиком.

В ту самую минуту, когда Горохов решил уже совсем, окончательно проснуться — для этого можно было попробовать ущипнуть себя посильнее за нос! — внезапно поколебалось пламя свечи. Откуда-то повеял ветерок, ледяной, пронизывающий, и у нашего героя в одно мгновение онемели щеки.

Андрюша немедленно принялся растирать их, будто незадачливый пешеход в мороз, и тут ветром распахнуло книгу, ровно посредине!

Как сокол на селезня кинулся Андрюша к волшебной Книге.

Он поскорее перевернул несколько страниц дрожащими от волнения руками. С этими волшебными книгами никогда не знаешь, чего ожидать в следующую минуту! Затем вгляделся, взвыл от злости и принялся лихорадочно листать магический том. Все страницы были пусты, перед ним мелькали одинаковые белые листы бумаги!

Он смог остановиться, только случайно заметив мелькнувшую перед глазами букву.

Быстро раскрыл наугад книгу и просиял: буква «И». Да хоть какая буква, как говорится, лиха беда начало! Вспомнив, как уже читал откровения магического тома, Горохов окинул взглядом всю страницу, и перед его глазами всплыли два слова: «ИВАН-ВЕТЕР».

Ну, надо же! Старая история опять повторялась! В прошлый раз книга тоже раскрывалась перед ним именно на этой букве.

Андрюша глубоко вздохнул, словно собирался нырнуть в холодную воду пруда, битком набитого пиявками, лягушками и мафией.

После чего осторожно приложил разом задрожавшую ладонь к буквам, за которым скрывалось имя его сотоварища.

Книга, как и в прошлый раз, некоторое время словно раздумывала, что показать Горохову. Потом по чистому белому листу страницы пробежала рябь, и мало-помалу, точно всплывая со дна, на бумаге обозначились буквы. Перед Андрюшей возник все тот же странный текст, не имевший к Ивану-стрелку, кажется, никакого отношения.

И Горохов опять, уже во второй раз медленно прочитал его, морщась от недоумения и силясь разгадать его смысл.

«... Сами чертятники, сколь ни умелы и не изобретательны они, тоже попадали иногда впросак. Бывали такие случаи. С давних пор существует одно поверье. Гласит оно, что коли в ясный, безоблачный и безветренный день появится в небе небольшой вихрь, вроде карликового песчаного смерча, то оно несомненно — проделки чертятника.