Царевич Горохов и Принц Лягух

Это заклятие не делает тебя невидимым, вспомнил охотник слова одного мудрого и старого существа, у которого он давным-давно проходил науку превращений. Очень трудно отыскать такое волшебство, которое действительно способно сделать тебя прозрачным. Или все-таки сделает, но потом не сумеет вернуть тебе прежний облик.

Нет, караульным просто показалось, что они не видят Охотника. Заклятье внушило им это, и стрельцы послушно отвернулись, не понимая, кто велел им это сделать.

Что ж, посмотрим, какой сюрприз приготовил мне Кощей.

Никому не понравится, когда обездвиживают, лишают чувств и разума твоих верных слуг. Значит, он попробует меня изловить, и, скорее всего, именно этой ночью.

Охотник вновь с благодарностью подумал об одном старом и мудром существе, которое выучило его очень важному и полезному искусству — чувствовать поблизости запах волшебства. И в следующую минуту увидел капли.

Они поблескивали на полу, у выхода из коридора. Казалось, кто-то случайно пролил здесь сладкий сироп или кисель.

Капли были синевато-серые, некоторые фиолетового оттенка. Они отчетливо светились во тьме, но только для того, кто мог это увидеть.

Охотник знал, что должно было случиться, наступи он ненароком на такую капельку. Где бы ни ходил он потом, что бы ни делал, он непременно оставил бы за собой светящийся след. След, по которому его очень быстро бы нашли и прикончили. Только сначала о-о-очень сильно бы удивились, увидев, кто попался на эту простецкую удочку!

У него даже поначалу возник соблазн нарочно вляпаться в самую гущу посверкивающих колдовских капель.

Только сначала вернуться и переобуть сапожки, а прежние захватить с собой. Тогда можно будет бродить по дворцу хоть всю ночь, строя петли и хитроумные узлы из мерцающего следа. Пусть Кощеюшка потом вдоволь попотеет, разгадывая путаницу волшебного следа. А под конец спокойно снять обувь и бросить в кухонную печь, в которой всю ночь тлеют уголья. И отправиться спать, посмеиваясь над старым олухом, возомнившим себя единственным колдуном на свете.

Но он не стал этого делать. Потому что знал: приставучие капли — это только цветочки. Без сомнения сегодня ночного Охотника поджидают во дворце еще и ягодки. А рассыпаны они будут как раз возле очередного соглядатая из числа нечисти, что должна самозванца-царевича охранять пуще собственных глаз.

Глупые дураки, подумал Охотник. Они ведь даже не могут взять в толк, что мне дела до всей этой нечисти, и до Кощея тоже.