Видишь принца - целуй! И так восемь раз

Полина внимательно осмотрела высокого крупнотелого юнца, поднимающегося на сцену с мандолиной в руках. Она определенно его уже видела. Но только где?

- Ну, вспоминай, Вупперпаль, гостиница «Уютный дворик». У парнишки этого еще лось был такой здоровенный. Вайорель подумал, что парень сбежал на войну, а он, оказывается, подался в артисты. Ой, я не могу!

Парень между тем неспешно поклонился публике, задержал взгляд на императорской ложе и неожиданно густым басом запел героическую балладу о деяниях какого-то Миролюба.

Несмотря на такое обнадеживающее имя, герой баллады крушил несогласных с политикой партии персонажей направо и налево.

- Богатый голос, - задумчиво сказала Полина. – Ему бы репертуар другой. Надоело слушать про убийства.

- И другой музыкальный инструмент, - подхватила Лаодика. – А то мандолина как-то слабо сочетается с героическими балладами.

- И сценический костюм неплохо бы поменять, - присоединилась к критикессам Аглая. – В этом он больше не на барда, а на барчука похож.

А вообще, девочки, он мне нравится. Давайте за него проголосуем.

Подружки проказливо заулыбались.

- Давайте!

- Давайте!

Судьи, поначалу проявившие интерес к экзотическому исполнителю, на шестнадцатом куплете как-то скисли. Однако повелительный взмах платка из императорской ложи заставил их дослушать юного певца до конца и допустить его к заключительной части состязаний, где выступят сильнейшие. Парень спускался со сцены, счастливо улыбаясь и всеми силами стараясь сохранить солидность.

- Вообще-то поменять репертуар никто не имеет права, - спустя двух выступающих объяснила народному дуэту принцесса. – На состязаниях лучников, мечников и менестрелей всегда исполняются героические баллады.

- Ничего, сейчас мы им эту традицию поломаем, - заявила Полина, картинно потирая руки. – Лютня, я вижу, уже прибыла.

Слегка запыхавшаяся служанка с поклоном подала музыкальный инструмент своей госпоже.

Лаодика протянула его Полине. Будущая актриса слегка потренькала по струнам.

- Сойдет. Ну, когда там перерыв?

* * *

Избалованная столичная публика потом еще долго обсуждала неожиданное дополнение к любимым, но привычным зрелищам.

Для начала, принцесса, всегда сидевшая в глубине ложи, перебралась к самым перилам, и горожанки смогли беспрепятственно оценить все детали ее туалета, а горожане – еще и фигуру.