Девушкам открыты все двери!

Валя получил крохи информации, но не был доволен результатом. Деревья вокруг не казались совсем молодыми, что наталкивало на мысль, что ребята старше примерно лет на тридцать-сорок и только. Может, пятьдесят. И что?

За несколько часов до сумерек всех предупредил Ян, и стоило остальным начать обустраивать лагерь, как он ушёл за свежими припасами. Йохан ускакал к берегу за водой, а Валя занялся кострищем. Вместе с феем он разжёг огонь и стал помогать с ужином. Заготовка для супа ещё не начала закипать, как в лагерь вернулся Ян.

Темнота не успела окружить путешественников, отчего Валя заметил его улыбку, странную нервную улыбку, которую он видел только когда лажал на фехтовании. Очень сильно лажал от усталости или непонимания происходящего.

– В чём дело? – задал Яну вопрос Жан, опередив Валю.

– Ни в чём, – отрывисто, почти не размыкая губ, выдохнул эльф. Раскосые глаза при этом даже не взглянули на ребят.

– Ну-у-у, ладно, – пожал плечами фей и продолжил чистить корешок.

– Что-то не так? – Йохан поставил котелок с водой на траву, но Ян прошёл мимо.

Не считая странного поведения блондинчика, вечер для квартета проходил как обычно. На ужин приготовили ароматный суп с крупой и лесными травами и каждый ел из своей кружки, пока на прутиках поджаривались собранные грибы. Ян отвлекался чаще обычного и кривил губы, пялясь в одну точку и собирая близ себя мелкие камушки. Валя искоса поглядывал на друга, ловил такой же взгляд Паучка-кузнеца. Жан был спокоен, что только усиливало подозрительность и беспокойство парня.

Правда, более ничем вечер не отличался от предыдущих: ребята поужинали, спокойно обсудили планы на следующий день и улеглись спать под спадающим светом костра.

Наступление ночи беспокоило Валентина. Он как всегда почти в обнимку спал с волшебным мечом и засыпал, поглаживая ножны и камни в эфесе. Оружие опять его убаюкало, будто с прикосновением начинало напевать прямо в голове ласковую колыбельную. Забывался странный в новый вечер Ян и мелкие страхи.

Неожиданный вскрик вспорол спокойный сон Вали, как какой-то тупой зазубренный нож.

Погрузиться в дрёму обратно у него не получилось по причине уже нарушенного процесса засыпания, но хуже было только то, что за одним неприятным звуком последовал другой. Так сказать, новый зубец на лезвии. А потом ещё один. Вялый разум не привык к подобным фокусам, из-за чего парнишка очень медленно понимал, даже оглядев лагерь, погружённый в утреннюю дымку.

Для сонного бреда картина была по меньшей мере странной.