Дневники Обормотня

– Да ты лёгкий совсем! Я же не просто хаски, я настоящий волк! Ау-у-у! – от воя Саньки мне самому захотелось поддержать его… а кто-то на другом конце деревни так и сделал. Между прочим, не просто сотрясание воздуха, есть у этого смысл, как оказалось! Будто локальный мем, кто «в теме» – поймёт, а объяснить не въехавшему не получится.

– Ага, и Степан-Царевич! – я посмотрел на счастливого Степашку: ребёнок пусть и не такой разрушительный, но до одури счастливый, что папке дали волю.

– Не, маленький пока для Царевича! А ты в самый раз! Ща, погодь! – Санька снова продолжил меняться, одновременно съёживаясь и увеличиваясь; конечности теряли сходство с человеческими, превращаясь в лапы, а шорты и майка спадали, как любая нормальная одежда, в которую каким-то образом запихнули хаски.

– Чё?! А я и так могу, а вы нет, бе-бе-бе! – голос у Саньки поменялся, стал более лающим, но узнаваемым. Степашка посмотрел на гигантского хася, как на лучший подарок на день Рождения. Я понял, что вымотать ТАКОГО Саньку будет ещё сложнее! – Лёх, запрыгивай!

– В смысле?!

– Махнём к Ваське до Питера, я знаешь, какой быстрый?!

– Давай сначала вокруг деревни, узнаю! – сказал я, и принял приглашение.

Степашка хотел тоже, но я только головой помотал: – Сначала я, ладно?

– Так нечестно, это мой папка, я тоже хочу кататься! – заканючил ребёнок. Могу его понять… но не имею права.

– Мы не кататься будем, а прыгать! По крышам! И достанем!! До неба!!! – долго спорить с ребёнком Санька не захотел, а я на его спину уже забрался, едва уцепившись за густой мех.

Каким чудом я умудрился не свалиться, когда Санька запрыгнул на крышу сарая, а затем собственного дома – я не знаю! Думал только о том, как бы не свалиться, потому что это только в сказках всё красиво. На деле – оказаться на гигантском реактивном хаски, мечтающем проскакать по всем крышам города, оказалось эффектно, но очень страшно!

– Держись, не бойся, мне даже не щекотно! – рявкнул Санька, и сделал первый прыжок.

Кажется, все были предупреждены вожаком, что один наивный обормотень решил «приглядеть» за самым буйным из адекватных волков деревни, поэтому никто не задался вопросом «кто это орёт дурным сурком на всю округу».

Санька устроил скачки по крышам. Как оказалось, в образе гигантского… волка, он очень далеко прыгает. Где-то на третьей крыше я удивился, что до сих пор держусь, и что мы никуда не провалились. Зато я понял ощущения кошки, когда она впивается в одежду когтями.