Дневники Обормотня

А твои скачки даже Любашка видела!

Я закатил глаза: тоже мне показатель! Что семилетняя подружка Степашки решит прервать свой обязательный дневной сон ради такого представления, я не сомневался.

– Тебе же Вася говорила… думаешь, она из вредности Сашку колотит? Он тупеет, хуже ребёнка становится!

– Да ну-у?! – мне стало обидно за друга. – Его всего-то загнать нужно было, зато перебесился, и сам успокоился! И вообще, это деда Кости идея!

– Какая? Уничтожить Васину клумбу? Скакать по крышам?! Да у него у самого после этого крыша съедет, спросил бы хоть, чего вожак боится!

– Проще спросить, чего он НЕ боится, загнал вас всех в клетки, словно вы монстры!

– Твоё счастье, что Санька восторженный, а не злой, как Фёдор.

– Фёдор тоже не злой.

– Ага, сказал застрявший в Звере школьник, которого едва не убили!

Я посмотрел на Ленку ещё раз: мечты о свидании полетели вслед за вырванными соседскими цветами. А сама девушка стоит и смотрит на меня, как на главного врага стаи.

– Лен, да ты завидуешь просто. Сама-то хандришь постоянно, а тут кто-то веселится.

– Попробовал бы ты не хандрить, когда тут такое. Было всё хорошо, а потом пришёл городской дуралей, которому всегда скучно! У нас была хорошая жизнь, а ты хочешь её разрушить.

– Всё что я хочу «разрушить», это намордники, которые вы сами на себя нацепили! – рявкнул я, не сильно беспокоясь, что разбужу Саньку. – Вы классные, как ты не понимаешь! А притворяетесь скучными занудами, чтобы никого случайно не напугать! Зачем?!

Ленка зло зыркнула на меня, тихо прорычала «Я всё расскажу Василисе», и ушла прочь.

Чуть позже пришёл и Степашка, тоже в облике уставшего маленького человечка:

– Это был самый лучший день! Лучше полнолуния! А ещё так можно? Моя очередь на папке кататься!

– Лучше пусть будет весело каждый день, но понемногу. Санька сейчас всё накопившееся выплеснул, дай ему поспать.

– Дам. Лёш, ты самый лучший старший братик на свете! – сказал мальчонка, и тоже обнял меня. Вот так: даже не просто друг, а старший братик! Приятно!

День подходил к концу, а я задумался: идти домой, или пристроиться на кресле рядом, когда Санька проснётся? Если он отоспится и решит продолжить веселье, то будет лучше, если при мне, а то с этих живодёров станется его куда-нибудь запереть.