Дневники Обормотня

– Ради этого вы готовы взять в вожаки даже Обормотня? Который и школу не окончил?

– Не будь строг к себе, Лёш. Стая – это семья. А в настоящей семье все друг друга поддерживают. Поддержат и сейчас. Особенно Обормотня!

Меня по-дружески лизнули в щёку, а я завилял хвостом от радости. Приятно слышать, что тебя любят! Я умолк, и мы просто сидели, наслаждались тишиной. О чём бы Лена не думала, но рядом с ней все плохие мысли уходили. Надеюсь, у неё тоже… потому что она выглядела вдохновлённой, умиротворённой, расслабленной, но не грустной.

Надеюсь, что «стая-семья» не значит, что Ленка станет для меня сестрой. Потому что я люблю и уважаю её, и готов быть Хатико сколько угодно, но… хотелось бы, кроме стаи, ещё одну семью, поменьше. Как у Саньки с Василисой… а Степашка подрастёт, и сам будет таращиться на новых друзей, когда ему покажут самую-самую новую мобильную игрушку, для которой он будет уже взрослым! Я посмотрел Лене в глаза: будет такое? Она ответила молча: не сейчас, и не в этом году, но будет обязательно.

Хотелось как-нибудь красиво всё завершить, но вместо этого я снова выдал то, что было на уме:

– А хочешь отдохнуть завтра? А я за тебя инвентаризацию разгребу, мне не сложно!

Мне очень приятно намекнули, что идея хорошая!

***

Какая это банка чипсов по счёту, третья? Надо хотя бы одну Фёдору оставить, а то совсем радостей никаких. Может, апельсинового попкорна ему подсунуть, как Ленка любит? Хотя он большой, ему это, как опилки.

Честно хотелось поговорить со старым вожаком, который не приручал, а просто согласился бояться вместе со своим Зверем! Потому что все его «злодейства» – от страха, просто об этом не сразу догадываешься. Если бы он меньше боялся, то и был бы адекватнее, и стаю мне не передавал бы… но каждый поход к нему – как плохой ужастик. То есть не страшно, даже грустно, а уходишь, и внутри как кошки нагадили.

Дальше «Здрасьте» у нас общение редко заходит, но почему всё должно кончаться ТАК?! Я пришёл к деду Косте на порог его дома, и высказался:

– Не бойтесь, я со всем справлюсь. И вам тоже помогу, обещаю!

А он только посмотрел на меня грустно:

– Поздно, Лёшка, уж совсем поздно. Никто тут мне, старому, не помощник.

Таким тоном старики любят рассуждать на тему «старый я, помирать пора».