Черти

* * *

А тем временем душа обреталась в трёхлитровой банке, куда временно её посадил райский охранник, и отчаянно верещала.

«Куда бы её спрятать?» — подумал охранник и запихал душу в тумбочку. И правильно сделал, так как райский инспектор как раз пришёл с комиссией к таможенному пункту между раем и адом, где, собственно, охранник и сидел.

— Ну и как тут у вас? — строго спросил он, помахивая пальмовой ветвью.

— Нормальненько! — бодро отвечал охранник, вскакивая по стойке «смирно» и оправляя на себе камуфляж.

— Черти из ада не донимают?

— Не! Анадысь каменьями пуляли, стекло раскокали, да ангел-громовержец их разогнал, а стекло новое привезли, скоро вставим.

— Когда это скоро? — нахмурился инспектор.

— А сегодня, опосля обеду, — нашёлся охранник.

— Молодцы, хвалю.

Они поболтали о том, о сём, о погоде, о том, что неплохо бы поставить вокруг рая колючую проволоку и пустить по ней ток, чтобы черти не лазили в рай торговать краплёными картами, но вдруг внимание инспектора привлёк писк из тумбочки.

— Постой-постой, а что это там такое? — и инспектор, не обращая внимания на тщетные попытки охранника рассказать последний анекдот, открыл тумбочку и решительным движением извлёк банку с душой.

«Ну, сейчас мне будет», — подумал охранник.

* * *

А наши герои, ничуть не протрезвев, вразвалочку подходили к Дардаротову дворцу.

— Кого это к нам несёт? — проворчал Дардарот, настраивая подзорную трубу.

Его советник Змееглаз поглядел в окно и доложил:

— Это Агиуцэ, а с ним какой-то болван.

— Пусть идут, — решил Дардарот. — Посмеёмся.

Двое пьяных беспрепятственно вошли в тронный зал, горланя похабную песню. Уткнувшись лбами в копыта владыки ада, они умолкли и подняли глаза. На них смотрела ужасная рожа — известно, что Дардарот не страдал красотой.

— Кто таковы? — спросил Дардарот.

— Я Агиуцэ, — сказал Агиуцэ.

— А этот разжиревший хрыч, похожий на прелую тыкву?

— Ангел я, — сказал ангел, — Дормидоном зовусь. Пришёл из рая по поводу одной души.

* * *

Однако вернёмся к райскому охраннику, которого мы бросили в довольно щекотливой ситуации.

— Что это за душа? — строго спросил инспектор, крутя ему ухо.

— Профессора Скорлупанова-Штымп, — отвечал охранник.

— А почему она неприкаянная?

— Не успели прикаять, — отвечал охранник, изворачиваясь.

— Как так?

— В аду местов нет, а в раю грешников держать ты сам не велел.