Царевич Горохов и Закон для Дурака

Ведь не зря говорят, что во время стрессовых ситуаций, например, смертельной опасности ход мыслей человека обостряется во сто крат и очень часто принимает не просто правильное, а единственно верное направление!

Оборотни не узнали Андрюшу, хотя явно располагали его словесным портретом — это подтверждал их визит в деревню. А не узнали его по одной, но очень веской причине — прикид! Ведь Горохов и впрямь был сейчас как чучело гороховое, так что даже волки были поражены и озадачены его шутовским костюмом.

Именно в этом одеянии и крылась пусть шаткая, но все-таки надежда на спасение.

Воображение услужливо промотало перед ним недавнюю сцену переодевания возле сундука фамильных сокровищ графа. Разумеется, на ускоренном воспроизведении — времени на воспоминания у Горохова катастрофически не оставалось!

— Такие башмаки в прежние времена были в ходу у очень важных персон. Из числа Дураков, разумеется, — заметил де Билл.

«Если он имеет в виду цирковых клоунов, которые смешили публику дурацкими шутками на арене, то его замечание в самую точку», — скрипнул про себя зубами Горохов.

— Ты, кажется, что-то сказал? — заботливо поинтересовался граф.

— Ммм... — промычал Горохов. И тут же вспомнил спасительную цитатку из какой-то старой песенки. — Главное, чтобы костюмчик сидел...

«Кто сейчас очень важные персоны для всяких дураков?» — яркой вспышкой бегущей строки промелькнуло в голове Андрюши.

Хохочущие морды волков плыли перед ним замедленно, как в тумане — в полном соответствии с гипотезой насчет ускорения мышления у обреченных жертв.

— «Конечно же, циркачи и прочие попугаи, которые ярко одеваются. Ведь для дураков главное — обертка, конфетный фантик. И в этом они очень близки животным. Например, волкам! А что сейчас самое яркое на свете?»

В следующий миг перед мысленным взором Горохова всплыла новая картинка: жирная, лоснящаяся морда кота Баюна, в окрасе которого преобладало невероятное множество всяческих цветных пятен, полос и закорючек.

Щеки богемного кота украшали густые бакенбарды, как у заправского уссурийского тигра или, на худой конец, стареющего Элвиса Пресли. В ухе Баюна висела массивная серьга в виде скрипичного ключа.