Изумрудный ЛуноМИФ

и.М. Трикси рыдают в обнимку с Дискордом за фикусом Старлайт… который курит Трихаггер на вечеринке Пинки Пай. Нет, письмо от Урфина сопонярищи было весьма познавательным, но кое о чём скромненько умолчало. Надо полагать, чтобы сделать сюрприз… ну, или отсрочить получение люлей и съезжание моей крыши набекрень опоньчательно!

— А там ещё есть куда?

— Ой, молчи… Я злая и нервная!

Да, так вот. Страшила с Урфином скорешились, наплодили урфинострашильных идей и построили на ровном месте КБ.

По пути он ещё перед тем повстречал Смелого (теперь уже) Льва, храбро решившего защищать доктора Винка. Местные обалдуи решили нанять Дровосека против Людоеда, тот и пошёл от всей души. Правда, про Винка я его предупредила, так что шёл он передавать привет и на всякий случай — проверять. Но деньги взял.

Лев его цапнул, едва зубья не обломал, но обошлось. Далее они сообразили на троих подсолнечного масла, валерьянки и докторвинковой настойки, выслушали новости от пролетавшей Кагги-Карр, решили, что такие дела творятся — а они не при делах, обидно! — и отправились дальше уже всей компанией, пока местные ещё кого-нибудь не наняли. Благо Винк наконец построил устойчивую злоологическую магоэкосистему, водрузив на её вершину Саблезубых и паукорна, а неуловимый шутник наконец-то угомонился и заманивающие таблички перестали появляться.

Как я поняла между строк — настойку, валерьянку и масло они прихватили с собой в количестве. Завалившись в гости к Лестару, поддатые приключенцы изловили и приручили невезучего Шестилапого, прокатились на бедолажной зверушке по туннелям, вылечили подвернувшегося дракона по имени Ойххо от медвежьей болезни — правда, не указавши причину оной, что наводит на определённые мысли, упоили Лестара с его давним приятелем Ружеро в зюзю, и в итоге уже обновлённым составом решили, что дальше так жить рудокопам ну никак низзя! Ну как так, семь королей на одну страну? Одни убытки! И лестарова подписка о невыезде, ага.

Написали Урфину и расхваленному мною Страшиле за советом, отослали с тем самым драконом, на которого посадили наименее бухого Дровосека с моим рекомендательным письмом.