Изумрудный ЛуноМИФ

Боюсь, что по неопытности и недостаче времени, регулируя механический мозг, я где-то напортачил с моделированием творческих процессов. Дело в том, что трудов в этой области крайне мало, и даже великий магистр Трурль, считающийся основоположником данной отрасли механистики, в своё время не смог добиться должного равновесия. Личность — структура весьма тонкая, зависящая от неимоверного множества тончайших нюансов.

— Да какие там, карр, Тррурли и нюансы… — фыркнула ворона, пристроившаяся на спинке моего стула.

— Был живой мужик с пипиской, а стал железный чудик без прописки. Вот кррыша и поехала. Дай ветчинки, Луна!

— А насчёт достоинства… — я передала вороне ломтик ветчины, которым она и занялась, выпав из беседы.

— Да что там достоинство, — вздохнул Лестар и налил себе квасу. Что характерно, зелёного. Как я уже говорила, аборигены отличаются последовательностью. — Это как раз проще простого. Но сперва было не до того, а потом… он сам и отказался. Тыкать в девицу железкой… пусть даже, извините, с подогревом, дрожанием, и… некоторыми добавками.

Мы тогда были ещё совсем неопытными по этой части к тому же. Впрочем, теперь, быть может, ситуация изменится. Вот только разберёмся с менвитами, и я займусь его… овзрослением. Глядишь, и найдётся женщина, способная выбить дурь даже из железной башки. О, нет…

Лестар страдальчески застонал, прикрыв лицо ладонью. Страшила, наконец, исчерпал запасы Иностранных Слов, отловленных в словарях, и закруглился, и настал час возмездия мне за все добрые дела.

Дровосек воздвигся над столом и провозгласил, что намерен прочесть хвалебную оду в честь великой победы, начатую ещё после его спасения великой и благодеятельной мной.

— Да что за сказочное свинство! — тихо взвыла я сквозь натужный оскал, судорожно копаясь в кармане в поисках берушей. Как же я понимаю Флаттершай. — Сбегу! К Дискорду, к Тиреку, в монастырь…

— Жеребской? — ехидно уточнил Глас Свыше.

— Нет! Ортодоксальных Шапоклякистов Седьмого Дня! — рыкнула я, спешно втыкая найденные затычки поглубже в уши.

— Чтобы излечиться от творения добрых дел… хотя бы задарма!

— И чем бы ты с него взяла за услугу? — на шизу беруши ожидаемо не действовали.

— Продала бы его на металлолом! — Дровосек распинался беззвучно, однако теперь на меня пялились все, вгоняя в краску. — Караул…

— Ты ничего не забыла? Именно на такой случай?

— Что… — тут я, наконец, смекнула. — Вот блин. Таймскип!

И мир вокруг замер.