Оберег

Он несся впереди, оторвавшись от товарищей, и с ужасом слышал сзади скрежет падающих с потолка страшных железных кольев, грохот разверзающегося пола, вопли несчастных печенегов. Когда он уже остался один, в стенах то тут, то там стали открываться потайные двери, и оттуда повалили чудовища одно страшнее другого. Он рубил, колол, а они, казалось, только удваивались числом от этого. Когда, наконец, со всеми порождениями ночи и злых духов было покончено, а новые не спешили показываться, Рыбий Сын уже едва удерживал меч в слабеющих руках.

Он получил множество мелких, вроде бы незначительных ран, но их было слишком много, и воин терял силы с каждой минутой. Когда коридор, вильнув пару раз вправо-влево, закончился лестницей наверх, он облегченно рассмеялся и остановился перевести дух. Не было ни малейшего сомнения, что такой длинный, извилистый, почти потайной коридор, изобилующий коварными ловушками и чудовищными охранниками, мог привести только к колдуну. Рыбий Сын собрался с последними силами и наступил на первую ступеньку. В лицо ему ударила струя огня, и он с воем покатился по каменным плитам. Около четверти часа лежал воин на полу, тихо поскуливая от боли и досады. Он был уверен, что прорыв печенегов во дворец закончился сокрушительным разгромом, и кроме него вряд ли кто уцелел. Встал, пошатываясь; изможденный, израненный, обгоревший. Но — живой. Но — с саблей в руке. Гордо вскинул подбородок и пошел. Подойдя к лестнице, подобрался, собрал силы и волю в кулак. Запрыгнул сразу на четвертую ступеньку. Ничего не произошло. Рыбий Сын счастливо рассмеялся и медленно стал подниматься по винтовой лестнице.

Черноморд с ужасом смотрел на этого человека, пришедшего за его жизнью. И ведь нашел время, гаденыш! Уродливый карлик сейчас был вряд ли опаснее младенца. «А если все-таки попробовать? Вдруг, еще умею хоть что-то?» — думал колдун, пока человек с мечом подходил все ближе и ближе. Вот он наклонился, поднял с пола конец длинной бороды Черноморда. «Сейчас, или смерть!», и Черноморд выкрикнул заклинание смерча.

В тот же миг меч незнакомца опустился, отхватив почти всю бороду. Так, около пары локтей всего-то и осталось. Налетел смерч, но и он был какой-то вымученный, вполсилы. Впрочем, обгорелому человеку с мечом этого хватило. Ветер подхватил его, словно перышко, и вышвырнул вон за пределы Черномордовых владений. Колдун бескостным мешком осел на пол. Сил у него больше не осталось. Он попытался взлететь — ничего не вышло.