Паж его величества

Ее страха я не очень понял. Одна десятая — не так уж много.

А карлик уже пропал. По лесу пронеслось эхо его истерического хохота.

Глава 7, в которой паж вспоминает об оборотнях

Ирия поглядела на меня с бесконечным укором. Я спокойно поглядел на нее в ответ. Герцог сплюнул, выругался опять и стал проверять коней да сумки.

— Дурак, — сказала Ирия. — Никогда таких сделок не заключай.

— Что с него взять, безголового, — вставил Тайран. — Такую сделку упустил!

— Зато ты ничего не упустил, — сурово одернула она его, и он прикусил язык.

Больше в Каменном лесу мы никого не встретили. На исходе четвертого дня лес оборвался. Насколько хватало глаз, влево и вправо он уходил ровной, как крепостная, стеной. Прямая дорога нырнула в ложбину меж двух небольших каменных холмов и потерялась на равнине.

Перед нашими взором раскинулась пустошь, где поля северной ягоды чередовались поросшими лишайниками и мхом сопками. Между ними лежали болота и озера, по берегам которых росли карликовые деревья и кустарник.

Покрытые вечными снегами северные горы угадывались в туманной дымке на горизонте, сияя в свете блеклого дня. Солнце пряталось за серой пеленой облаков, которые низко ползли над землей.

Здесь, на равнине, уже дули холодные северные ветра. Короткий день клонился к вечеру, и мы последний раз заночевали под сенью Каменного леса.

Теперь нам приходилось постоянно кутаться в плащи. Даже в палатке мы пару ночей мучились на ветру, тщетно пытаясь заснуть.

Зато теперь снова можно было жечь костер, только поддерживать его стало непросто. Бесноватый ветер набрасывался на него то с одной, то с другой стороны. Когда становилось совсем уж худо, с этой неурядицей справлялась фея. Она брала нас с герцогом за руки, и вскоре становилось теплее.

Почти всегда под ногами было сыро. Для ночевки мы старались выбрать места, густо покрытые стлаником, желательно хвойным. Лежать было и мягко, и сухо.

Тундра еще пестрела осенними красками. Как у нас леса полыхают красным, желтым, зеленым, золотым и бурым, так полыхала здесь земля под ногами.

Будто кто-то расстелил огромное, цветастое лоскутное одеяло.

Изредка нам встречалось местное мелкое зверье, да проходили вдали стада диких оленей. С наступлением вечера пустошь покрывалась инеем, лужи и озера потягивались у берегов тонкой корочкой льда. Она постепенно росла и в конце концов перестала оттаивать вообще. Еще немного — и ледяной панцирь сомкнется.