Паж его величества

— Я не останусь, — говорю.

Они одновременно и с одинаковым выражением уставились на меня.

— Тебя и не просят, — сказал хозяин.

Вот и прекрасно. Я боялся, что он меня отправит домой или еще чего.

Так как Таланг обо всем догадалась, или о большей части, попросить сани под благовидным предлогом мы уже не могли. Придется их красть, что никому из нас было не по вкусу. Мало приятного брать без спроса у людей, которые приютили и накормили нас. Я-то не мой папаша, но кого это волнует? Всегда найдутся те, кто станут тебя ненавидеть, просто из принципа.

Тот же Нариэ. Не упускал случая ко мне прицепиться, но я ограничивался словесными баталиями, потому как со здоровым парнем драться у меня сил нет. Из меня так себе боец вообще-то.

Таланг обмолвилась в шатре Кайсы, что наутро шестого дня будут готовы сани. Они собирались куда-то ехать, и нам оставалось лишь немного подождать и уехать первыми. Гнать придется быстро. Кочевники легко возьмут след.

Осложнялось все дело тем, что я уставал даже от простой прогулки и ерундовой работы.

Что ж, в тундре и кочка деревце. Хотелось побыть полезным последние деньки перед тем, как мы уроним имя Ваальде заново. В основном, правда, я работал языком, то есть болтал много. Все много спрашивали, где я провел годы после гибели племени, как познакомился со своими спутниками, и что там вообще происходит, в мире за Каменным лесом. Другие, бишь Нариэ и его приятели, меня невзлюбили, но в открытую не задирали, видать, стыдно было на калеку кидаться.

Таланг не приставила к нам охраны и вообще вела себя так, словно того странного разговора в шатре Кайсы не случилось.

Наверное, потому, что мы всегда были на виду, да и в стойбище особо негде прятаться. Хотя было у меня подозрение, что она попросила Нариэ приглядывать за нами.

Плохо было то, что Кайса все слышал и тоже все знал. Так что они оба могли уже что-то предпринять. Например, попросить не людей за нами присматривать, а самого грансавакта. От него уж точно не спрячешься, а нам неведомо, что входит в его полномочия.

Насколько я знал, духи-хранители защищают от врагов извне. Границы, буквально, стерегут.

Единственное, что нам удалось придумать — как-то оказаться вне поля зрения всех хотя бы ненадолго. И тогда Ирия сможет наложить на нас чары сокрытия. У плана было два здоровенных изъяна: следы на снегу никто не отменял, и грансавакта тоже. Был и третий: сани, в которых с виду никого нет, все равно попытаются остановить, и духи знает, каким образом.

Роковое утро настало.