Храпуша

Из темноты на свет фонаря разума выползла одинокая идиотская мысль: “надо перевернуть покойных на бок, на боку люди не храпят”. Собрав остатки здравомыслия, он загнал мысль поглубже в подсознание. Вместо неё тут же появилась другая. Она показалась сторожу менее сумасшедшей. Достав из портфеля зеркальце он проверил по очереди всех усопших: никто не дышал. Затем внимательно осмотрел холодильник изнутри и, ничего не найдя, хотел было закатить мертвецов обратно, когда два негромких, но долгих всхрапа раздались почти одновременно, сливаясь в настоящую руладу.

Не выдержав, Матвей Иванович подскочил к ближайшей каталке и перевернул покойника на бок. Рулада оборвалась. Пыхтя и поминутно прислушиваясь, сторож уложил на бок остальных.

Прислушался.

Тишина.

Поднял с пола простыни и по очереди аккуратно укрыл каждого.

Прислушался.

Тишина.

Постоял, наблюдая за усопшими. На боку они выглядели неестественно, словно гигантские куклы, но никто не храпел. Матвей Иванович вымыл под краном руки, тщательно протёр полотенцем, уселся в кресло и замер.

Тишина.

Бросил взгляд на открытый термос с остывшим чаем.

– Может, слуховая галлюцинация? – спросил он вслух сам себя.

Новая мысль чрезвычайно обрадовала бывшего полицейского. Конечно же, слуховая галлюцинация! Отголосок прежней службы. Банальная контузия подсознания. Он победно посмотрел на будущий ужин и застыл, парализованный новым храпом. Прямо перед ним, выглядывая из газетного свёртка, громко храпели…бутерброды.

Да-да, храп доносился из свёртка! У Матвея Ивановича непроизвольно дёрнулась щека. Нервный тик подействовал на мозг, словно выстрел стартового пистолета на спринтеров. Мысли рванули с места, отталкивая друг друга локтями.

– Чревовещание покойных! – опережая соперниц, закричала одна.

– Слуховая галлюцинация! – вырвавшись вперёд, заорала другая.

– Ты просто сошёл с ума! – вылетела в лидеры третья.

Сторож вскочил, смахнул свёрток со стола и пнул его ногой. Бутерброды разлетелись по полу и замолчали.

– Надо вернуть всё, как было, – доковыляла до финиша мысль-аутсайдер. Матвей Иванович словно сомнамбула послушно собрал с пола хлеб с колбасой и аккуратно сложил стопкой на столе. Затем закатил мертвецов в холодильник, позабыв, правда, перевернуть на спину, сунул в портфель зеркальце, защёлкнул замок и… Храп обрушился на комнату, словно поток воды из перевёрнутой бочки. Он доносился отовсюду: из шкафов, с потолка, из-под столов.