Ассоциативные безобразия

«Медуза» теряла по дороге свои части видений. Неожиданно для «падальщиков» покойник открыл глаза, перевернулся лицом вниз. Было видно, что человек пьет… пьет морскую соленую воду! Через минуту Макс сел. Толпа ахнула.

— Как газировку! — Раздался чей-то голос.

— Ага, на похмелье! — Прозвучало спасительное предположение. Затем раздался смех и через четверть часа от ненужные зрителей не осталось и мокрого места.

На берегу сидели двое, Макс и Хохлов, ласковые теплые волны касались их ног:

— Я вас искал… — начал Хохлов, — потом искал, — он опустил голову.

— Сперва я… сбежал. Но, затем… Первую неделю я сам…

— Неделю?! — Макс чуть не сорвал голос. — Неделю? — Повторил он вопрос.

— Да, неделю. А затем уже в милицию… — Хохлов с тревогой посмотрел на Макса. — Приходилось врать, чтобы без подозрений, сами понимаете… — Он вздохнул. — А вы тут, в песке… сегодня.

Макс внимательней посмотрел на Хохлова. Едва-едва он восстановил в памяти прежние черты, тот сильно похудел, даже помолодел и выглядел, как для мертвеца, даже привлекательно.

Макс улыбнулся. Хохлов улыбнулся в ответ, застенчиво как девушка.

— Ты еще поцелуй меня, — попытался крикнуть Макс. Хохлов вновь опустил голову. — Тебе лет сколько? — Макс встал, опершись на плечо Хохлова, словно это был пенек.

— Тридцать три. — Промямлил Хохлов.

— Угу… — Обдумывая ответ промычал Макс.

Они встали и направились в уже знакомую квартиру. Пока они шли по городу, Хохлов странным образом то догонял Макса, то отставал. После стало ясно, что он хочет что-то сказать, но не решается.

Наконец около самой двери он открыл рот, но Макс перебил его, неожиданно положа руку на плечо и увлекая на кухню:

— Есть тут, что обсудить нам с тобою. — Макс посмотрел на Хохлова. — Ты Ланину не нашел?

— Нет, я… — Хохлов замялся.

— Подожди… подожди, ты тут у нас дрова, а я баран, — Макс удивился своей откровенности, но не стал останавливаться, понимая, что начата новая партия.

— Жертва? — Неуверенно спросил Хохлов.

— Жертва, — повторил Макс, удивляясь острому уму «покойника».

— Смотри Хохлов, — "я даже и не знаю, как сказать трупу, что он труп?" — Макс не отводил взгляд от Хохлова. — Ланину нам с тобой нужно…

— Нет! — Хохлов встал и сделал несколько шагов от стола.

— Не дергайся! Ты уже… уже! — Макс остановился, пряча «джокера» обратно в рукав. — Слушай и говори, что знаешь, и думай, может… — Макс снова остановился.

— Что может? Может, что!? — Хохлов ерзал на стуле, то садясь, то вставая.