Посторонним вход...

Она-то собралась со мной обниматься. Даже неловко как-то стало. Ну, не привыкла я к этим телячьим нежностям, простите дуру юную!

Собравшись, вышли мы с Магаей на улицу. Теперь она не стала меня переносить в мой дворец, а сразу решила перебросить на рынок. Поэтому для телепортации выбрала другое дерево, похожее на берёзку, но с красными листьями в жёлтую полоску. И ствол у деревца был красный, а не белый. Я привычно стала искать глазами кнопку. Филигранная резьба в два оборота! Кнопка в принципе отсутствовала, а была тут вмонтирована другая конструкция — Магая повернула одну веточку вокруг оси.

.. И вот я — в гуще толпы на рынке! Крутяк! Так не хотелось опять шастать по подземелью, змей рубить да пауков пугать. Не то, чтобы я трусила, просто в лом было. Хотя и трусила тоже. Совсем чуточку.

Зинь-зинька кружилась над моей головой, но никуда не улетала. Это было странно: она словно хотела, чтобы я немного походила здесь. Ну, что ж, понаблюдаем, послушаем, чем народ живёт.

На старуху, толкающуюся среди покупателей, никто внимания не обращал.

Я подошла к прилавку той бабки, похожей на Шапокляк, что вчера жаловалась на пропажу внучки, и стала ковыряться в выложенных на прилавке фруктах и овощах, фыркая и перекладывая их с места на место. Ожидаемого «Гелья, купите фарангу!» или хотя бы «Пошла вон, старая грымза!» я не услышала. Подняла глаза на продавщицу и ужаснулась: и до этого не блещущая красотой старуха выглядела просто ужасно! Похоже, она проплакала целые сутки, не спала и не ела...

Вдруг народ засуетился, заволновался, уступая место всаднику со свитком в руках.

Наконец, всадник остановился, поднял вверх руку, направив её ладонью к людям. Все замолчали.

— Гельи и гелы! — глашатай стал громко читать то, что было написано в грамоте. — Все вы знаете, что пропал сын князя Махтияр. За сведения о его местонахождении князь обещает выплатить из казны тысячу норгамов! Столько же он выдаст тому, кто сообщит о местонахождении Северины, которую подозревают в похищении княжича. За саму девку или за её голову князь обещает выдать.

.. три тысячи норгамов!

Народ стал бурно обсуждать новость. Из обрывков разговоров я поняла: сумма за мою жизнь обещана немалая. Жаль, мне пока ещё было сложно перевести её в понятную мне валюту. Двое мужичков даже стали мечтать, как было бы здорово поймать эту гелью да и продать её князю. И как прекрасно можно будет потом жить припеваючи, не работая, без хлопот и забот!

— Поглянь-ка, ещё утром за Северинку обещали меньше.