Век святого Скиминока

Мадам Гнидакс быстро отступила от меня, и ведьмы счастливо захихикали. Я схватился за меч, сделал шаг вперед — бам! Надо же так треснуться лбом… Елки-моталки! Они успели засадить меня в купол. Прочная прозрачная сфера, не пробиваемая никаким оружием, — магия! Неоднократно сталкивался в прошлом… Моих неподвижных друзей радостно волокли к Серому Алтарю. Я бился в куполе, как вобла в аквариуме, едва не вопя от бессильной злобы.

— Сожалею, ландграф… Меч Без Имени вам не поможет. Спасения ждать неоткуда.

Впрочем, если вы и вправду тот, за кого себя выдаете… Кто же может остановить лорда Скиминока? — ободряюще улыбнулась Гнидакс, демонстративно посмотрев мне под ноги. Потом величественно повернулась и ушла.

Я опустил глаза. Рядом, справа валялась тонкая золотистая палочка со звездочкой на конце. Неужели это… Вот так удача! Теперь мне стали понятны ее многозначительные взгляды. Да, ничего не скажешь, мисс Горгулия нашла себе достойную заместительницу.

Столь изощренное коварство по плечу не многим…

Ладненько… Давайте просто предположим, что этот брошенный сувенир — волшебная палочка. Как же ею управляют? Не помню… Вот ведь незадача — мало того что не знал, так еще и забыл! Что же делать? Махнуть, что ли…

Я размахнулся от плеча, палочка со свистом разрезала воздух. Больше никакого результата. Купол на месте. Тьфу, может, сказать что-нибудь надо?

— Гром и молния! Да как же она функционирует?!

Последовавший грохот заставил меня слегка присесть, сфера лопнула, а серебристая молния в щебень разнесла глыбу, еще недавно именовавшуюся Серым Алтарем.

Разгоряченные ведьмы ошалело заморгали. Пенсионерки после четырехсот пятидесяти вообще считают себя шибко умными. Они жизнь прожили, они знают… Ага, как же!

— Сейчас же отпустите моих друзей, или я вам тут в две минуты устрою праздничную карусель с поголовной раздачей Оскаров за лучшую женскую роль третьесортного пошиба!

Ой… махать-то не надо было! Что я наделал? Территория Тихого Пристанища вмиг покрылась качелями и каруселями, на которые неведомая сила безапелляционно рассадила негодующих бабок.

А потом еще каждая получила по макушке хорошенькой позолоченной статуэткой высшей кинематографической награды Голливуда. Лия и Жан попытались уползти в кусты — они уже могли двигаться, — но, похоже, совсем не хотели попасться мне под горячую руку.