Афёра с незнакомцем

200 г вареной говядины на обед возьми в холодильнике, в ней железа много. Пить надо 8 стаканов жидкости в день. Желательно, чтобы четыре стакана были с молоком. Старайся кушать мало, но часто. За всю беременность хорошо бы набрать 12-14 кг. По 300-400 гр. в неделю… Ты меня совершенно не слушаешь!

- Откуда ты опять взялся? – скривившись, по-детски зажмуриваю глаза. Если не видишь – этого вроде как и нет. И ведь забота из него, как назло, так и прет. Почему он не мог трусливо сбежать, все отрицать, вопить, что бы я сама разбиралась, раз залетела?! - Я думала больше тебя не увижу, - сказала жалобно, открыв глаза.

 

- Размечталась, - подошел и встал рядом. Две длинные мускулистые ноги, упакованные в светло-голубые джинсы. Аккуратные десять пальцев ног обстоятельно попирали стопой паркет. Мелькнула крамольная мысль стукнуть ему по ноге кулаком, чтобы сбить с него немного спеси. Улыбаюсь, представив, как он скачет на одной ноге и бранится. – Как один из самых близких тебе…

- Кто? Ты? – поперхнулась я, услышав это.

– С чего ты взял? Я тебя никогда даже и не собиралась рассматривать как близкого…

- А придется, - веско сказал он, подняв меня на ноги.

Голубые глаза смотрели открыто и уверенно. За собой я уверенности такой не ощущала, поэтому, сделав лицо непроницаемым кирпичом, смотрю на сережку в его ухе. Маленький золотой ободок придавал ему пиратский вид, не хватало лишь черного платка на волосах и портупеи с абордажной саблей.  

- Я появляюсь в этом мире ненадолго, - сказал Лель тихо.

– Может, мне бы и хотелось задержаться, но это не в моих силах. Ты же не станешь отрицать мое право иногда видеть, как готовится к жизни мой ребенок. А поскольку его носишь в себе ты, то мне приходится торчать на виду у тебя.

- А если тебе так не нравится на меня смотреть, то… - обиделась я, одёргивая рубаху, закрывающую мне аж колени. Лель хмыкнул. – То все равно придется терпеть! Уж какая есть, такая есть.

- Твоя гормональная буря все равно не позволит тебе мне поверить, но я попробую, - сказал он.

-  Мне очень нравится на тебя смотреть. Любую. Сейчас ты особенно красива, потому что носишь во чреве наше дитя. И нет прекраснее видения, чем тяжелый, округлый плод, скрывающий ребенка, до времени уснувшего в любви, поверь. 

- Куда ты смотришь?! – увлеченная плавными красивыми фразами, спохватываюсь, поймав мужской взгляд в глубоком вырезе рубахи, сползшей на одно плечо.

- Я смотрю на твой живот.