Руфус Кривозаветный и хобот кентавра

Поблагодарив старика, я направился к домику ведьмы, размышляя, каким образом козы могли научиться танцевать. Лес, сквозь который вела тропинка, становился всё гуще, а воздух вокруг действительно похолодел. На меня начали закрадываться сомнения: а что, если это действительно было проклятие? Впрочем, обратно дороги не было, и, мысленно повторив наставление Севериуса, я сделал решительный шаг к домику Розеллы.

Дом действительно оказался неприметным, но внушал уважение. Плющ облепил его так, что окна казались зелёными глазами, наблюдающими за каждым моим движением.

Подойдя к двери, я заметил, что на пороге лежал череп козла, который так и подмывало пнуть, но я решил проявить уважение к чужим украшениям и просто постучал.

Дверь распахнулась сама собой, и я увидел Розеллу. Она выглядела не так, как я себе представлял. На вид ей было не больше тридцати, её волосы были длинные и черные, а глаза сверкали таким зелёным огнём, что я подумал: «Вот он, настоящий источник проклятия!»

— Ну, здравствуй, паладин, — сказала она низким, мягким голосом, который словно обволакивал меня невидимой сетью.

— Что привело тебя ко мне?

— Эээ, здравствуйте, — начал я, пытаясь собраться с мыслями. — Я пришёл, чтобы разобраться с проклятием, которое… ну, танцующие козы и всё такое.

Розелла улыбнулась, и я на мгновение забыл, что стою перед ведьмой, а не перед… ну, какой-нибудь хозяйкой таверны, например.

— Проходи, — пригласила она, отступая в сторону. — Думаю, нам есть о чём поговорить.

Глава 4 Тайна танцующих коз

Стоило мне переступить порог дома ведьмы, как атмосфера внутри мгновенно переменилась.

Если снаружи было просто холодно, то здесь воздух казался насыщенным чем-то невидимым и загадочным, как будто я вошёл в мир, где реальность снов и реальность яви переплетаются в один клубок. В углу потрескивал камин, над которым висел котел, источавший приятный аромат. Правда, я сразу решил, что пить из этого котла точно не стану, по крайней мере, пока не разберусь с танцующими козами.

Розелла скользнула ко мне так легко, что я едва заметил её движение.

Она стояла настолько близко, что я ощутил тепло её дыхания, и тут же понял, что моя уверенность в себе начала слегка дрожать, как занавеска на сквозняке.

— Присаживайся, герой, — сказала она, указывая на мягкое кресло возле камина.

Я заметил, что в её голосе была странная нотка — что-то между искушением и... нет, всё-таки искушением. Но я, как паладин, был непоколебим. По крайней мере, мне очень хотелось так думать.