Девственница-Дракон-Депортация

С некоторых пор, после встречи с одной аферисткой землянкой, сила Эрана Рохваса возросла настолько, что даже после получасового общения, Лоран ощущал себя выжатым и обессиленным.

Необходима активация восстанавливающего кристалла.

Активировал артефакт и ощутил прилив энергии и усталость, дикая слабость стали проходить, возвращая привычное уверенное состояние.

Да уж, негоже сердить сильного дракона.

* * *

— Эран—

Я всегда зорко следил за своими эмоциями и чувствами, не позволяя им вырваться и натворить дел, последствия которых сильно разочаруют каждого, кто оказался в этот неугодный момент.

Но сейчас этот момент был близок к тому, чтобы я сорвался. Сила требовала выхода – её необходимо было укрощать, но для этого процесса мне необходимо полное душевное и физическое спокойствие. К сожалению, ничего этого нет и причина – Любимова Марина, маленькая птичка с коварными планами.

Кто же ты на самом деле? Невинная жертва или хорошенькая и маленькая, но лгунья?

Усилием заставил себя сейчас не думать о ней, а сосредоточиться на дроу.

Молодой мужчина зорко и настороженно следил за мной, стараясь выглядеть невозмутимо и расслабленно, сидя на моём диване, раскинув руки на мягком подголовнике. Но я слышал, как бешено колотится его сердце, и даже был уверен, что его душа замирает от страха и непонимания, зачем он понадобился мне – наследнику.

— Итак, льер Мэрлин Ирэи, мне представляться нет смысла, верно? — начал я, опускаясь в кресло напротив дроу.

Лишь журнальный стол с фруктами являлся между нами преградой.

Дроу сглотнул и кивнул.

— Не стану томить вас долгим ожиданием, и перейду сразу к делу, льер, — сказал я и хмыкнул, отметив, как нервно дёрнулась у него щека.

Активировал с браслета изображение своей беглянки и тут же заметил мимолётную реакцию Ирэи – в его глазах промелькнуло узнавание.

Да, все были в курсе, что обычно мои просьбы имеют немалый дух опасности.

Дроу поднял на меня удивлённый и обеспокоенный взгляд и пробормотал:

— Я не понимаю, лорд Рохвас…

— Вам и не нужно что-либо понимать, — бросил довольно резко.

Его счастье, что он ещё жив. Одна лишь мысль, что этот мерзавец оставил моей певице номер своего кристалла, рождала лютую ненависть и злобу у моего зверя, а также непреодолимое желание вырвать из его груди колотящееся сердце.