Девственница-Дракон-Депортация

Что понадобилось достопочтенному лорду и наследнику империи Архан от посредственной ведьмы?

На последних словах её красивый томный голос чуть-чуть надломился.

— Посредственная ведьма? — усмехнулся, глядя на умную и проницательную женщину. — Льера, льера, вы какая угодно ведьма, но уж точно не посредственная. Открывайте своё блюдо. Для начала предлагаю пообедать, и только после перейдём к деловому разговору. Вы же не откажете… наследнику империи Архан в такой малости, как один невинный обед?

Льера Тейси гулко сглотнула и натянуто улыбнулась.

— С удовольствием пообедаю с вами, лорд Рохвас. Когда ещё такое событие произойдёт в моей жизни? — проговорила она нервно и тихо засмеялась. — Не поверите, но мои подруги сойдут с ума от зависти, когда узнают, с кем я обедала.

— Хм, — улыбнулся одними уголками губ и наполнил ведьме другой бокал, простой водой и протянул ей.

— Благодарю, — произнесла она и перед тем как сделать глоток, понюхала.

Потом улыбнулась и осушила весь бокал.

Подняла серебряную крышку, продолжая мне улыбаться, и когда её взгляд опустился на серебряное блюдо, крышка выскользнула из её пальцев и с раскатистым металлическим звоном покатилась по каменному полу.

Она тут же вскочила со своего места и так резко, что кресло с грохотом опрокинулось на пол.

На серебряном блюде светящимся сине-белым неоном двигалась голограммная голова Марины Любимовой.

Она беззвучно пела, открывая чувственный рот, опускала длинные ресницы и улыбалась. Действия голограммы повторялись вновь и вновь. Изображение изъяли с записей камер наблюдения, когда певица открывала мой вечер, и теперь весьма эффектно смотрелось на серебряном блюде.

Яростный блеск в зелёных глазах, удлинившиеся клыки и когти, шипение рассерженной кошки и я понял, что льера Тейси воспринимает землянку как члена своей стаи.

Любопытно.

— Неужели ты и твой брат приняли Любимову Марину Марковну в свою семейную стаю?

Ведьма ощерилась.

— Она хоть и не оборотень и не маг, но очень порядочная девушка, лорд Рохван, — прошипела взбешённая льера. Она усилием воли вернула себе прежний облик и произнесла: — Извините… за вспышку гнева…

Я постучал пальцами по столу и сказал:

— Пока подумаю, извинять или нет.