Тайны Кипеллена. Дело о запертых кошмарах

— Что вы увидели?

— Худшее, — тяжело вздохнул я, и рассказал все подробности.

— Я, конечно, знал что он гад, но чтобы людей изводить, — ошалело выдавил Марек.

— Это еще доказать надо, — сдержанно бросила следовательница. — Знакомые глаза под капюшоном и запах одеколона — да нас на смех поднимут. Это же не крестьянин какой, а сам глава кафедры боевой магии. В городском совете заседает…

— Ты права, — закивал я. — Так что пока никому ни слова. В вас, я не сомневаюсь, но у Рекара везде свои люди. Хотя, зацепки могут быть здесь.

Я потянулся за третьей колбой, но Марек хлопнул меня по руке. Припой с табачным пеплом выскользнул из моих пальцев и непременно разбился бы вдребезги, если бы его не подхватила Люсинда.

— Совсем спятил уликами разбрасываться, — фыркнула она, вернув колбу обратно в крепление.

— Простите, — потупился капрал. — Но пану чародею сегодня нельзя, он и так все силы потерял.

— Уволю тебя когда-нибудь, — сухо процедил я, но спорить не стал.

День и так был слишком длинным и насыщенным. Если немного не отдохнуть, то не выполню завтра и половины задуманного, а времени в обрез.

— Давайте, домой вас отвезу, — предложил Марек.

— Думала, ты меня отвезешь, — проворчала Люсинда. — Но раз такое дело, не буду разрушать вашу идиллию.

Она поставила пирамидку на полку и двинулась к двери.

— Никому…

— Ни слова, помню, — откликнулась она. — Спокойной ночи! — и вышла, притворив за собой дверь.

Я тоже поднялся, подцепил третью колбу и сунул в карманный футляр. Ноги заплетались, и капралу пришлось поддерживать меня и помогать спускаться по лестнице в конюшню.

Лошади недовольно заржали. Они уже не собирались никого никуда везти, а рассчитывали спокойно жевать сено и спать.

Город спал, и мы катили медленно, чтобы не будить честных людей громовым стуком колес.

— Пшкевич оказался так подл, что воспользовался нападениями и избавился от Кузьмы. Не знаю уж, чем он ему не угодил. А может, не он, а батенька его, досточтимый городской голова… но это еще отвратительнее.

— А может, он и остальных убил, — заметил Марек с козел.

— Может и так, — качнул я головой. — Разберёмся.

Больше мы не говорили. Я так устал, что не мог нормально соображать. Бесконтрольные мысли толкались, путались и мешали друг другу, поэтому я погнал их прочь, сосредоточившись на одной — о мягкой кровати.

Когда мы приехали, капрал довёл меня до дверей.

Я только ухмыльнулся. Всё по-честному.