Тайны Кипеллена. Дело о запертых кошмарах

О чем я в глубоко эмоциональной и местами площадной форме не преминула сообщить Дельке.

— Лан, ну давай мы тебя замаскируем, — заныла подруга, — личину наденешь. У тебя же в школе этот фокус хорошо получался. Помнишь, как ты за меня историю высших искусств сдавала?

— Помню, как полгода из-за этого сидела без стипендии, — скептически хмыкнула я.

На самом деле навести личину несложно, да только преподаватели Школы Высших искусств на таких двойниках дракона съели и раскусывают мошенников мгновенно. Если, конечно, вы не живописец.

.. Обладая зачатками магического дара и знаниями о живописном мастерстве, можно и не такие фокусы устраивать. Достаточно нанести на тело определенный рисунок. Вот узор, отвечающий за личину, например, наносится на ладони... которые во время второго захода на экзамене у меня вспотели и рисунок поплыл. Личина, само собой, тоже.

— Да ладно тебе, — отмахнулась Делька. — В этот раз все будет нормально. Ты, главное, чернила водостойкие возьми. А ещё Скворцонни хочет посмотреть твои последние работы, я ей сказала, что они просто чудесны.

..

У меня внутри похолодело. Без той, что спёр бесстыжий Вильк, иллюстрации потеряют свою изюминку. Показывать остальные без него просто бессмысленно.

— Дель, ты же их в глаза не видела, — я с упреком посмотрела на подругу, понимая, что в роли «сводника» выступила не какая-то эфемерная соседка, а лично Делька.

— Да что я не знаю, как ты рисуешь! — легкомысленно фыркнула Адель. — Лана, тебя ждёт отличный контракт, ты сможешь оставить работу у Врочека и открыть свое дело!

Я наградила её тяжелым хмурым взглядом, Делька отлично знала про мою мечту о собственной мастерской.

Но голубые глаза подруги светились такой щенячьей надеждой, что я не выдержала.

— Хорошо, уговорила. Будет твоей писательнице Аллариэль Златокудрая.

Адель просияла. Кто бы сомневался! Мне всегда было интересно, как ей удается подбивать меня на сомнительные авантюры и при этом выходить сухой из воды? Потому что в неприятности вляпывалась неизменно я, причем, по своей собственной вине.

За сим, дорогая подруга откланялась, сославшись на срочный визит к портному.

Погрузившись в невесёлые мысли, я не услышала, как звякнул дверной колокольчик, и едва не пропустила посетителя. Из раздумий меня вывело озадаченное кряканье, и я недоуменно уставилась на вошедшего. Кого-кого, а таких книголюбов у нас отродясь не бывало. Чего стоили только здоровые, словно лопаты, ладони, в кои, собственно, я и уперлась взглядом.