Будильник

– Могильщики они и есть Могильщики, при чём тут эти… «черти»?

О как… не все слова в ходу? Ну мы люди не гордые, мы научим.

– И всё же, красавица, – не унимался Борода. – Расскажи что знаешь, а?

– Да не многое, – она плюхнула тряпку в ведро и присела на край стола. – Я ведь служанка, а не придворный маг. Ты лучше его расспроси. А я знаю только, что люди толкуют.

– И что они? – Серёга заулыбался во всю харю. Ещё немного и попросту слюну пустит. Ну да, девчушка в его вкусе.

– Знаю, что они маги. А говорят про них всякое.

Кто-то говорит, что они из нижнего мира через пещеры к нам выбираются. Другие говорят, что они — умершие маги, которым в своих могилах не лежится. А третьи уверяют, что они в нижний мир через пещеры людьми-магами уходят, а возвращаются уже такими и на нас нападают.

– Нападают, да? И часто?

– Да они простой люд редко трогают. В последнее время только за капитанов стражи наших взялись, даже придворные маги не спасают, – рассудив, что она закончила с уборкой, она выставила ведро с тряпкой в гостиную и бесцеремонно уселась за стол.

Подперев голову рукой, она запела соловьём, довольная, что её не гонят знатные капитаны. – Слух ходит, что они так запугать хотят. Стражу, да и простых мужиков. А кто пойдёт на них, если с ними Лучшие справиться не могут?

Нда, традиция брать на эту должность элиту с нашей парочкой падёт прахом, да ко всем чертям. Зря они это. А с другой стороны, нафига им элиту зазря переводить, когда мы есть? Я бы тоже нормальными кадрами не разбрасывался и дураков воткнул.

Вот только дурак тот — я… а жаль.

– И что, так никто сладу с ними не нашёл? – с грустью поинтересовался Борода, возившийся с сумками. Он всё это время с ними возился, укладывая свои многочисленные тюки под окнами, вдоль кровати.

– Первый император знал способ, – бесхитростно заявила служанка, не сводя с бородача взгляда. И взгляда крайне недвусмысленного… Может, мне стоит уйти?

Не, сперва догадку проверю.

Поднявшись со спинки кровати, где я так и восседал, я сперва поставил на ножки табурет, а после выдернул своё новое оружие из ножен.

Уткнув его лезвием в пол, я уселся на табуретку и умостил голову на сложенные поверх рукояти ладони, наблюдая за реакцией девчушки.

А она зависла, едва увидев лиловые письмена на нём. Так и сидела, уставившись на меч, пока Серёга не заговорил, выводя её из оцепенения:

– Этот клинок, я понял. Даже верю, агась. А я вот ещё спросить хотел…

– Погоди, Серёг, – перебил его я.