Две встречи с Кащеем

– Надо в ямки горошины кинуть.

-Горошины? Так неси.

Граф потер лысину.

-Нету его у меня. Как-то не очень я к гороху, не кушаю я его. – Тут он бросился к своему концу стола, туда, где стояла миска с клубникой. – Подожди-ка, сейчас найдем замену. Вот держи!

Кащей кинул Ваньке сухую ягодку. Тот покрутил ее в пальцах, откусил торчащий стебелек, запихал ягодку под крышку и дунул. Неприличный звук вышел прерывистым, с переливами и посвистом.

-Получается! – граф с удвоенным энтузиазмом принялся ковыряться пухлыми пальцами в тарелке.

Второй сухой ягодки не находилось.

Теперь осенило Ивана, он вспомнил, как выплевывал в угол горошину черного перца, попавшую ему вместе с рыжиком. Не слова не говоря, Ванька плюхнулся на четвереньки и устремился на поиски.

-Нашел!

-Что там, Ваня?

-Перчик!

Иван Дурак опять принял позу войскового горниста перед побудкой, размял губы и со всей силы дунул.

Удар звука сотряс комнату.

Все, что было в обеденной зале, отшатнулось от Ивана. Вздрогнув, покачнулся стол, повалилась посуда.

Из окон посыпались стекла, тяжелый портрет в межоконном простенке рухнул на пол. Графа откинуло к стене. Падая, он сорвал гобелен и накрылся им с головой. Напоследок, сверху на эту кучу-малу опрокинулось креслице. Стало тихо.

Несколько секунд не раздавалось ни шороха, ни скрипа. Иван ошеломленно хлопал глазами, но вот, наконец, в углу завозился Кащей, и звуки вернулись в комнату.

Граф выбрался из-под гобелена и помотал головой, потом поковырялся в ухе, потом попрыгал на одной ноге, будто вытряхивал воду.

-Что … - он опять поковырялся в ухе и заорал. – ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?

-Не знаю. Сыграл вот.

-ЧТО?

-НА САМОГУДКЕ СЫГРАЛ. – Заорал в ответ Иван. Граф огляделся.

-ТЫ ПОТИШЕ НЕ МОГ?

-Мог, наверное, - Дурак пожал плечами.

-ЧТО?

-МОГ, ГОВОРЮ! И ХВАТИТ ОРАТЬ, Я НОРМАЛЬНО СЛЫШУ!

Кащей сбавил тон.

-А-а. Ну, так давай, сыграй потихоньку. – Ванька с готовностью поднес самогудку к губам. – СТОЙ!

Граф бросился к столу, стал торопливо рвать салфетки и запихивать обрывки в уши.

Потом он для верности зажал уши руками и закричал:

-ДАВАЙ!

Ванюха осторожно подул. По комнате поплыл тихий мелодичный звук. Тело Ивана расслабилось и отяжелело. Стены залы потеряли цвета, сквозь них проступило лесное озеро. На берегу стояли легкие светлые березки с яркой весенней листвой. Просвечивающие кусты ивы нависали над озерным берегом. Недалеко, стоя по пояс в обманчиво прозрачной воде, бесстыдно плескались голые девушки.