Терпила и Старый Сад

Может быть даже за эту самую угрюмую харизму! В современный, так сказать, век, когда ведьм не жгут, а берут на работу перевоспитывать, инквизиции как никогда важно поддерживать репутацию! Так и представляю себе собеседование:

— Вот мои дипломы, грамоты, рекомендации от прошлого начальника и… — мастер Хиония, еще юный, выкладывает на стол доказательства своего высокого профессионализма.

Эйчар от инквизиции подпиливает ноготки, кивая невпопад на рассказы о пунктуальности и ответственности соискателя. Устало вздохнув, она наконец смотрит на мастера, оглядывает его с макушки до пят, цыкая недовольно на отнюдь не самую внушительную комплекцию и слишком гладкое, юное лицо…

— А ну-ка посмотрите на меня угрожающе!

Мастер Хиония удивленно вскидывает брови, но делает, как сказано.

— Вот так? — уточняет он слегка ошарашено.

— О боже, как угрожающе! — вздыхает восхищено эйчар, хватаясь за испугано булькнувшее в груди сердце. — Вы приняты!

— А как же мои дипломы и грамоты… — мастер Хиония грустно смотрит на проигнорированные бумажки, в которых годы и годы его труда.

— Ваша мама, наверное, вами гордится. Выходить можете хоть сегодня! Но если это жуткое выражение сползет с вашего лица, мы вас уволим — так и знайте!..

Я не удержалась от смешка, о чем тут же пожалело, когда мужчина выломил вопросительно бровь.

— Вы находите свою работу смешной?

Да!

— Н-нет, ну что вы…

— Тогда вы находите смешным меня?

Я замотала головой. Господи спаси, что ему от меня нужно!

Мужчина смотрел на меня своими бешеными светлыми глазами, за которые ему были просто обязаны выписать премию, и не менялся в лице, вгоняя меня этим в откровенную панику.

Я смотрела на него, как кролик на удава, судорожно пытаясь оправдаться тем, что просто закашлялась, подавилась слюной, но больше так не буду… Даже по моим невысоким стандартам, выглядело это все жалко и нелепо. И оттого я нервничала еще больше!

— Да не убью я вас за смешок, не тряситесь, — он по-птичьи наклонил голову, сощурив глаза. — Ведьма из вас, конечно…

— Т-так меня не в списке ведьм искали, а в списке терпил, — пояснила я.

Он вдруг тонко улыбнулся и пошел, наконец, в свою темную инквизиторскую обитель под мой слишком громкий облегченный вздох.

— Оно и видно.

Я еще с минуту пялилась на дверь. Кажется, не такой уж он и страшный? Вроде не кусается… И чего я так разнервничалась?

— Ну, Вив, ну, накрутила! — проворчала я себе под нос и покачала головой.

Выставила себя дурой!

Совершенно неожиданно из-за этого стало обидно.