Рекламщик в ссылке для нечисти

На Василия, конечно, сразу уставились, развеселились, зашумели:

— Гляди-кось, каков!

— А патлы-то, патлы! Токмо гребни ломать...

Какой-то темнолицый старичок с торчащей во все стороны бородой, будто из колючих колосьев, подался вперёд и спросил:

— За что угодил-то сюда, добрый молодец? Не нашенского ты роду-племени! Али Казимиру дорожку-то перешёл?

— Ничего я не переходил. Я этого вашего Казимира и не видел, — ответил Василий, останавливаясь у навеса, возле старосты. — Я, это, вообще из других земель.

— Из других? — выкрикнула старушка в платке, тощая, с утиным лицом.

— Не из тех ли, откуда Казимира, змея чёрного, к нам занесло? Приглядывать он тя послал, сознайси! Вынюхивать послал, а то и вредить! Ишь...

Народ зашумел. Тихомир стукнул в котёл, призывая к порядку.

Дверь бани со скрипом отворилась, и оттуда отчётливо донеслось:

— У-у, бестолочь! Злыдень!

— Я не вредить, а помочь! — возмутился Василий. — Вы тут как живёте? Вот, посмотрите...

Он повёл рукой.

— Грязно, бедно, а главное, обидно, что Казимир этот ваш.

..

Он машинально посмотрел на листья лопуха, ещё зажатые в руке, с досадой бросил их и пожалел, что не подготовил речь как следует. Хоть бы пункты набросал. Хотя на чём тут запишешь?..

— С вами поступили несправедливо, — сказал Василий. — Вот вообще не по совести.

Говоря о несправедливости, он вспомнил, что собирался провести ближайшее время за приставкой и заказать пиццу.

— Здесь же и заняться нечем! — с жаром произнёс он. — Смотреть не на что! У вас нет круглосуточной доставки, у вас даже поля не родят.

Вон, семечками одними питаетесь — у вас ещё эти семечки поперёк горла не встали?

Он указал рукой. Парень с копытами, сидящий на бревне, замер и кашлянул. К оттопыренной губе прилипла шелуха.

Рядом с ним заёрзал полурослик с плутовским лицом, с кошачьими усами, с кисточками на острых ушах и мягкими, похожими на шерсть волосами, торчащими хохолком между маленьких рожек. Бросил накручивать хвост на руку, прислушался.

— И что, нравится вам такая жизнь? — продолжил Василий.

— Сколько вы так существовать собираетесь, до самой смерти?.. Вы, кстати, вообще смертные?

— Ты к чему клонишь-то? — спросили из толпы. — Или по делу давай, или голову нам не морочь. Чаво мы тут собрались-то?

— А вот чего, — предложил Василий. — Надо жизнь налаживать, и я даже знаю, как. Только представьте: сделаем тут заповедник...

Оживившись, он принялся расхаживать перед деревенскими, загибая пальцы.

— Первым делом красоту наведём.