Попаданки в матросках!

Но многие сумели прорваться, обходя воительниц со всех сторон, и сбежать. Наши бойцы, утомленные сверх всякой меры, не могли продолжать преследование.

Сэйлоры тоже чрезвычайно устали - не столько от самих битв, сколько от того, что наряду с этими битвами в тот день им пришлось пройти, точнее пробежать, значительное расстояние. В Москву они телепортироваться пока не стали – генерал Львов уступил им для ужина и ночлега тот домик, где располагался его штаб, как самое лучшее помещение...

Тем не менее, уже на следующий день воины в матросках приняли участие в ликвидации немецкой 170-й дивизии, остатки которой не выдержали их напора и быстро сдались.

Наше наступление продолжалось, но снова очень медленно, хотя врага перед нашей армией и не было – сдерживала все та же грязь, а далеко отрываться от техники и тылов пехоте было никак нельзя. Конечно, при такой погоде мы не сможем догнать немцев, которые бегут со всех ног. Вероятно, оторвавшись достаточно, их потерявшая всякий порядок толпа придет в себя и попытается выстроить новый рубеж обороны, но, если из глубины тыла им не успеют доставить новые танки, артиллерию, машины, то и там они надолго не задержатся.

* * *

1 марта, штаб немецкой 11-й армии, генерал пехоты Эрих фон Манштейн

До вчерашнего дня все складывалось вполне благополучно – отступившие на Ак-Монайский перешеек русские войска без толку пытались прорвать немецкую оборону. Наступление большевиков определенно завязло, а их значительное численное преимущество вело только к еще большим потерям от постоянных артобстрелов.

Конечно, и у русских была своя артиллерия, и немецкие войска тоже несли от нее потери, но в целом – ничего, что стало бы поводом для беспокойства. Если, конечно, не считать недавнего неожиданного отступления румынов на севере - но прорыв удалось достаточно быстро ликвидировать, введя в бой резервы и перебросив части с юга перешейка, несмотря на все помехи, что чинил проклятый "генерал Грязь". А уж после этого... Теперь надо было лишь дождаться, пока большевики истощат все резервы в бесполезных атаках, а потом самим накопить силы – и перейти в контрнаступление, выбросив их с Керченского полуострова окончательно.

И вдруг... панические сообщения: "Это селенитки!" Начавшись во Владиславовке, на стыке вражеских 44-й и 51-й армий, они затем посыпались со всего фронта. По их распространению можно было судить о стремительности перемещения противника – и подобного Манштейн не то что никогда не видел, но даже и не мог себе представить.