Попаданки в матросках!

Скорее, они решат лишь пересмотреть некоторые свои планы ведения войны. И даже ваше гипотетическое вступление в нее на стороне союзников – может не поколебать их решительность. Слишком многое сейчас поставлено на карту.

С другой стороны, и американцы настроены не менее решительно. Их явно не устроит простое восстановление довоенного статус-кво, а в Декларации Объединенных Наций США и Великобритания уже обозначили направление своей политики на полную и безоговорочную капитуляцию противников с последующим запретом им иметь армии, флоты и вооружение.

И возможность полностью раздавить Японию, превратив ее из державы в незначительную второстепенную страну - они не упустят. Да, в вашей истории Япония смогла восстановиться после войны и пережила экономический расцвет – но лишь после голода и разорения времен оккупации и за счет помощи иностранных держав. У Японии сейчас выбор между безнадежной сдачей и войной, которая дает хоть какую-то надежду.

- Тогда что же делать?! – растерянно спросила потрясенная Сэйлормун.

- Сложный вопрос... – ответил Сталин. – Конечно, самое простое решение для вас – просто встать в стороне, позволив событиям разворачиваться своим чередом – но оно простое не с моральной точки зрения, разумеется. Меж тем, в рамках вашей концепции борьбы за добро и справедливость, как вы относитесь к колониальной системе и политике?

- А?? – не поняла Сэйлормун.

- Относимся строго отрицательно, - поспешила Меркури. – Мы – за отказ от нее и предоставление независимости народам колоний.

- Мы тоже, - согласился Генсек. – Возможность свободного самоопределения народов всегда была одним из требований нашей политики. Понимаю, что вы можете возразить на это, что после этой войны Советский Союз сделал своими сателлитами ряд государств Восточной Европы, поставив в них свои марионеточные правительства и насадив коммунизм, как единственную допустимую идеологию, и социализм, как форму экономики – так следует из ваших рассказов о будущем.

.. Во всяком случае, так преподавали эту ситуацию вам, в вашей стране, что может влечь за собой ее недостаточное понимание. Мне, разумеется, трудно судить обо всем этом, не зная деталей, но я тоже попытался понять проблему.

Советский Союз давно отказался от идеи мировой революции, как принципа своей политики. Сейчас мы считаем, что революция в любой отдельно взятой стране может произойти лишь тогда, когда ее народ будет готов к этому.