Попаданки в матросках!

А следом шли остальные части дивизии, за ней - 328-я стрелковая, а 323-я и 326-я - тем временем должны были продвигаться по проходящей рядом автодороге Калуга-Вязьма в другую сторону - по направлению к Вязьме, однако не с целью ее взять - сил для этого все же было маловато - а только для того, чтобы отодвинуть фронт дальше на северо-запад. Остальным дивизиям 10-й армии приказано было очистить от немцев районы к западу, северу и востоку от Юхнова.

Налетев на Мятлево, полк взял его еще быстрее, чем Юхнов - все, опять же, благодаря помощи попаданок. К вечеру пятнадцатого января над Мятлево уже развевался советский флаг, а героический полк, проехав еще несколько километров, ворвался в Радюкино - деревню у берега реки Шани, где немцы спешно готовили новый рубеж обороны, чтобы встретить советскую армию - но вовсе не 10-ю, а наступающую с противоположной стороны 43-ю! Днем раньше она взяла Медынь и сейчас находилась всего в паре километров.

Рубеж по реке Шане Гитлер в очередной раз приказал сделать "окончательной позицией"... Но снова все произошло не так, как он желал. Подкрепленного силами лунянок внезапного и стремительного удара с тыла на участке Варшавского шоссе линия обороны не выдержала. И уже утром шестнадцатого января бойцы 10-й и 43-й армий пожали друг другу руки. Вскоре под Юхнов прибыл и 1-й гвардейский кавалерийский корпус, усиливший находившиеся здесь войска еще больше.

А захват советскими войсками контроля над Юхновом и Варшавским шоссе давал очень многое! Тем самым немецкая 4-я армия разрезалась на три неравные части: 19-я танковая дивизия была разрезана надвое, ее большая часть отброшена к западу, а меньшая попала внутрь образующегося кольца окружения; 98-я пехотная дивизия оказалась к северу от занятого шоссе; а вот остальные десять дивизий армии (17-я, 34-я, 37-я, 52-я, 260-я, 263-я, 265-я и 268-я пехотные, 36-я моторизованная) составили компанию частям 19-й танковой в кольце, оказавшись между Юхновым, Варшавским шоссе и наступающими 49-й и 50-й армиями!

Всполошившийся Клюге, как оказалось, отставал от стремительного бега событий.