Про Петровича

 - Так ты - о возмездии! Вон как! А должно ли возмездие быть в зависимости от проступка или ты рекомендуешь просто убивать всех, у кого жопа не того цвета?

 - Конечно, в зависимости... Я же не расист... Главное - чтобы все знали о неотвратимости возмездия! - Клим аж покраснел, так ему понравилось, как красиво все вышло.

 - Неотвратимость, говоришь? И в зависимости, говоришь? А тогда, если кто обманул - обмануть его, украл кто - надо украсть у него. Если кто избил - отколошматить самого. Если кто убил и съел, потому что маньяк - убить его.

 - Ты прикалываешься просто, Петрович?

 - ...А вот если кто меня угостит пивом, то и я в ответ - его. И это - тоже возмездие, пацан. Но тема эта широка и необъятна, и требует длительного обсуждения. Ну, если тебе интересно, конечно.

 - Мне интересно, - часто закивал головой Клим.

 - Ну, так, чего сидишь, чего ждешь?

 - А?

 - Угощай, говорю.

 Клим опять кивнул, похлопал себя по карманам, и кинулся к выходу из парка, к "Пятерочке", что стояла на углу.

 - Эх, молодежь... Понаехало вас тут, а потом кричите невесть что. А за крик покрасить ему жопу черным... Х-х-хе... Ну, ничего. Будем воспитывать, - Петрович повернулся всем телом к открытому ноутбуку и с интересом уставился в экран.

Петрович и интеллигенция

 - Какие-то проблемы? - спросил Петрович, обнаружив в парке на своей скамейке незнакомого мужика.

 Мужик был тощ и бледен. Из воротника застиранной рубашки торчали нитки основы. Штаны, то есть бывшие брюки, ставшие уже окончательно штанами, блестели и спереди и сзади. На ногах, на босых ногах были летние босоножки, больше всего напоминающие старые детские сандалии с дырочками. Взгляд мужика бродил, перескакивал, туманился и рассеивался. Иногда на глаза его наворачивались непрошенные слезы, которые тот мужественно вытирал рукой, показывая всем испачканные чернилами пальцы.

 - Проблемы, спрашиваю, какие? - переспросил Петрович, не дождавшись ответа. 

 И тут же пояснил: 

 - Это мое место, если что. 

 - Что? - переспросил глупо мужик. - Ты кто?

 - Я-то Петрович. А ты, видать, по делу? 

 - Дело? - махнул рукой в пространство. - Какое это дело, Петрович? Это так, безделица. Игры ума. Графомания чистая.