Раз герой, два герой...

Однако главным залогом безопасности Муходола и всех находящихся в нем были не стены, а личность его владельца – Великого и Могучего Мага Архана Страшилы.

 Великий и Могучий Архан Страшила помимо звучного титула обладал множеством других, весьма полезных для своих подданных достоинств.

 Во-первых, Архан был действительно Великий Маг.

 Во-вторых, разменяв седьмой век, Страшила растолстел и порядочно обленился. Поэтому те редкие деяния, которые он все же совершал, на черном фоне действий прочих колдунов выглядели почти что светло-серыми.

Учитывая, что по-настоящему белых магов жители Запустения никогда не видели, а потому и не верили в их существование, Архан Страшила был для них образцом и лучшим примером светлого и добропорядочного колдуна.

В-третьих, же Архан Страшила был коллекционером, причем коллекционером заядлым.

Из-за этой его страсти подвалы и жилые помещения замка каждые двести лет заполнялись всяческим хламом настолько, что угрожали выселить наружу самого хозяина. Тогда Архан со вздохом брался за магическую метлу и вышвыривал почти все собранное с таким трудом барахло наружу – исключительно затем, чтобы освободить место для следующей партии.

Однако из самой главной своей "жемчужины" он не выбрасывал никогда и ничего.

"Жемчужиной" же архановой коллекции были чучела чудовищ.

Именно из-за этого он поселился в столь неудобном для жизни месте как Запустение, и именно в эту коллекцию он вкладывал большую часть своей души, времени и магических способностей.

Такого количества и разнообразия экспонатов, как у Страшилы, не было нигде в Мире.

Коллекции Аллидзога из Перевернутого Замка или Чарда Гарфилда и близко рядом с ней не стояли. 

Поэтому все мало-мальски разумные чудовища изо всех сил старались не появляться в окрестностях Муходола без крайней необходимости. Никогда ведь не известно наверняка, рассуждали они, имеется ли у Архана в коллекции соответствующий тебе экземпляр или еще нет? 

А даже если и есть – выяснится этот факт до момента набивки чучела или уже после? 

Те же из чудовищ, которые не обладали способностью воспроизвести подобные рассуждения, довольно быстро заканчивали свою карьеру либо в качестве очередного экспоната, либо, что в последнее время случалось куда чаще – на городской свалке, после того, как разочарованный Архан выяснял, что по одному экземпляру представителя этой разновидности у него уже имеется и в основном фонде, и в резервном, и даже в предназначенном для обмена.