Странные вещи

 Кажется, даже у капитана краешки губ дернулись вверх. Или мне показалось?

— Право руля на двадцать градусов, мистер Кинсли, — командует рулевому мистер Гордэн, тот незамедлительно отвечает: «Есть, сэр». — Мистер Росс, на пятьдесят ярдов выше, приготовиться.

— Есть, приготовиться, — тут же отзывается вахтенный младший инженер, отвечающий за скорость и высоту.

— Десять, девять, восемь… — начинает обратный отсчет мистер Гордэн, а мы все затаив дыхание, смотрим на приближающийся к нам остров. — Подъем, мистер Росс!

Тут же чувствую, как тело мое потяжелело, а корабль взмывает над огромной глыбой тверди, что минуту назад грозилась врезаться в наше судно.

Но вдруг «Шершень» снова начинает вибрировать слегка, а все вопросительно поворачиваются к штурману.

— Пушистые пальмы немного пощекотали нам животик, — улыбается тот.

— Поздравляю, господа, — с довольной улыбкой сообщает капитан, — мы прошли «винтовую реку Гаранг». Мистер О’Нил, будьте так любезны, отдайте команду «ставить паруса».

— Слушаюсь, капитан, — отвечает боцман и спешит на верхнюю палубу, на ходу высвистывая команды матросам.

Я тоже спешу покинуть капитанский мостик, предварительно поблагодарив офицеров за предоставленную мне возможность наблюдать чудесное зрелище. С открытой верхней палубы, если уже разрешено выходить на нее, обзор будет на все 360 градусов. Красота!

Да, действительно, поднявшись на квартердек, я ошеломленно замираю, ведь вид «винтовой реки» реально бесподобен! Не замечаю, что воздух вокруг все еще влажный и брызги от водопадов, долетая до меня, уже намочили мои короткие волосы и даже рубаху.

Камзолы в этих жарких краях никто не надевает, вот и я не собиралась париться в нем. А зря. Забыла, какую шутку может сыграть с беспечной мной влажный воздух и брызги воды, клубящиеся вокруг.

Все мое внимание сейчас направлено на разглядывание красот природы. Даже не замечаю, как капитан с Шоном и мистером Фарли выходят на палубу. Следующее, что случается, меня слегка озадачивает. Капитан вдруг оказывается прямо передо мной и, выругавшись, хватает меня в охапку.

Нет, конечно, я не против страстных капитанских объятий, но сейчас никакой страсти я не наблюдаю. Скорее, он зол, о чем говорит его фраза: «Твою ж Цифендру!»

И вот что опять не так?! И я даже озвучиваю этот мой вопрос, задохнувшись немного, крепко зажатая в сильных капитанских руках. Но ответа я не получаю, лишь нервный рык и грозное сопение. Понимаю, что сопротивление бесполезно.