Странные вещи

Не было капитанов-девушек, говорите, ну так будут! Вот доберусь до своей компании «Фокс Флай», тогда и посмотрим, кто на что способен!

С этими бравыми мыслями ловко курсирую по узким коридорам, неся в руках небольшой поднос с чаем и булочками для тех, кто находится сейчас на капитанском мостике. Мне очень интересно посмотреть, как будет маневрировать «Шершень» среди островов, которые расположены каскадом по кругу, тем самым образуя непрерывные ступени, по которым течет широкая река. Водопады между островами — это просто чудо, но вдвойне чудесней, что корабль наш будет пролетать за одним из них, за самым высоким.

Наблюдать водопад изнутри можно было бы и с верхней палубы, но капитан приказал всем оставаться внутри корабля. А так хочется увидеть все это чудо! Вот я и придумала принести несколько чашек чая и немного булочек на капитанский мостик, тем более, что офицеры сегодня слишком заняты и им было не до ланча, а значит, не выгонят меня и съестное примут с радостью.

Как оказалось, я была права. Даже капитан, удивленно глянув на меня, принял чашку чая и сдобное лакомство.

Надо сказать, что наши с Джереми булочки, запеченные по моему рецепту, всем пришлись по вкусу, даже мсье Анри. И это радует меня больше всего. Вот только не знаю, почему. Или я хочу понравиться ему? Хм… Конечно, хочу. Но понимаю, что максимум, чего могу желать, так это хотя бы его доброй улыбки.

— Идите сюда, леди Вивьен, — заметив мой любопытный взгляд в окно, что впереди штурвала, зовет меня мистер Фарли, — полюбуйтесь, какая красота!

Мне не нужно повторять дважды.

Я, поблагодарив офицера, с интересом припадаю к ветровому стеклу. Зрелище, надо вам сказать, потрясающее! В солнечных лучах струи воды напоминают серебряные ленты, грани которых сверкают, переливаясь, а водная пыль клубами взлетает и кружится вокруг корабля, искрясь всеми цветами радуги. В этих цветных кристаллообразных облаках носятся быстрые синие птицы, на лету выхватывая из серебряных лент мелкую рыбешку. Как здорово!

Шум, издаваемый водными потоками, нарастает и через несколько минут становится оглушительным, а корпус «Шершня» начинает вибрировать в тон этому гулу.

Я чувствую, словно землетрясение под моими ногами, и хватаюсь за выступ рамы окна, но не отхожу от него — любопытство сильнее страха. Но невольно шарахаюсь, когда в стекло ударяет струя водного потока.

Когда гул постепенно стихает, поворачиваюсь к присутствующим с восклицанием: «Уау!», чем вызываю дружный смех и одобрительные кивки мужчин.